НЕМНОЖКО ПРО ИРАН
НЕМНОЖКО ПРО ИРАН До противника километров 15 было утром, а до Тегерана больше 4 тысяч. И беспокоит то, что прилетает поближе. Если кто-то верит в международное право, честность, справедливость, гуманность европейцев и, тем более, Израиля — мои соболезнования. Мы уже верим только в себя и товарищей рядом. Ужасно не хочу говорить что-то циничное про рост цен на нефть и тому подобное. Поэтому посмотрим на пожар Ближнего Востока через призму литературы. Итак, неожиданную оптику для понимания конфликта я нашла в романе Шарля Луи де Монтескьё «Персидские письма». Пожалуй, главный прием Монтескьё — «остранение». Через взгляд наивного чужеземца он обнажает абсурд европейских порядков. А в современном конфликте схожую функцию выполняет Иран. С точки зрения нравственности мы видимо двуличность и абсолютное отсутствие гуманности у европейцев, при всём лживом пафосе любого масштабного политического мероприятия. В XVIII веке это был маскарад, а сейчас это притворство светского мира очевидно пропитало и международные отношения. Ответные удары Ирана в свою очередь показывают арабским монархиям иллюзорность их защиты союзниками. Центральная фигура романа — перс Узбек — трагически двойственна: в Париже его можно принять за либерального критика, но на родине он жестокий хозяин гарема. Эта двойственность точно отражает восприятие Исламской Республики западным миром. В геополитике Иран претендует на роль выразителя «антиколониальных» настроений в регионе и защитника угнетенных палестинцев. А внутри страны — воплощением «восточного деспотизма», где подавляются свободы, а легитимность держится на страхе и насилии, как в гареме Узбека. Наконец, финал романа — бунт в гареме против Узбека — перекликается с попыткой внешнего «освобождения» Ирана силами США и Израиля. Однако если у Монтескьё Роксана бунтует во имя естественных прав, жертвует своей жизнью, то современная война обнажает трагический парадокс: «освобождение», принесенное ракетами, не ведет к свободе, а лишь консолидирует власть перед лицом внешней угрозы. И попытка силового навязывания только укрепила «осадную психологию» внутри страны. «Самая жестокая тирания — та, которая выступает под сенью законности и под флагом справедливости» — тоже Монтескьё, но из другого произведения. Маленькая Саша 🇷🇺🧸 в TELEGRAM / MAX / ДЗЕН / ВК / TIKTOK