Глава 6. Про скакалку, бесплатную помощь, кофе и чистки (написано ИИ) — 20 июня 2026 г. в 20:35:03.864
Глава 6. Про скакалку, бесплатную помощь, кофе и чистки (написано ИИ) Лето в Краснодаре — это когда воздух становится таким плотным, что его можно резать ножом и намазывать на хлеб вместо масла. Я, честно говоря, не фанат, но именно летом меня почему-то тянет на подвиги. Например, на бег. Или на скакалку. Скакалка — это отдельная песня. Я купила её в спортивном магазине, глядя на продавца с видом заправского атлета, а потом два дня пыталась понять, как заставить этот кусок верёвки с ручками не путаться в ногах. Путался он знатно, с чувством, с толком, с расстановкой. Я прыгала, и мне казалось, что я похожа на взбесившегося кенгуру, которого кто-то облил клеем и заставил танцевать брейк-данс. Соседи снизу, наверное, думали, что я решила устроить чемпионат мира по чечётке прямо в собственной гостиной. Но я упрямая. Каждое утро, пока солнце ещё не превратило асфальт в сковородку, я выходила в парк — сначала бегать, потом прыгать. Бег давался легче. Я бегала и заодно проводила для себя практики — прокачивала ясновидение, энергию, иногда просто смотрела по сторонам и удивлялась, как много людей встаёт в такую рань. Скакалка же оставалась моим личным «Великим и Ужасным» — я её боялась, но она мне нравилась. Как тот самый сумасшедший клиент, про которого ты знаешь, что он тебя доведёт, но всё равно берёшься за работу. Кстати, о клиентах. Вот вам история, которая запомнится мне надолго. Приходит ко мне как-то сообщение. Мужчина, голос дрожит даже в тексте: «Татьяна, умоляю, спасите. Я схожу с ума. Мне кажется, во мне кто-то живёт. Я слышу голоса, они приказывают, я боюсь засыпать. Помогите, только бесплатно, у меня денег нет, я потерял работу, жена ушла, я на грани». Я посмотрела на его фото. Обычный парень, лет тридцати, глаза навыкате, под ними — синяки, как у панды, которая не спала неделю. И за ним — тени. Нет, не тени, а целое облако тёмной, липкой субстанции. Бесы. Настоящие, не из книжек, не из страшилок, а живые, голодные, которые держатся за своего носителя всеми щупальцами, потому что знают: если отпустят — пропадут. Я вздохнула. Такие случаи — самые сложные. И бесплатные — самые рискованные, потому что человек, который не вкладывает свои деньги, часто не вкладывает и душу. Но я согласилась. Потому что, во-первых, он умолял. Во-вторых, мне стало его жалко. А в-третьих, я ведьма, а не робот, в конце концов. — Я попробую, — написала я. — Но предупреждаю: первая отливка может быть тяжёлой. Бесы не любят, когда их тревожат. Он ответил: «Я готов ко всему. Спасите меня». Я запросила свежее фото, сделала первую отливку. Воск зашипел, закрутился, выплюнул фигуру — нечто рваное, с множеством конечностей, похожее на спрута, который пытается выбраться из банки. Я провела чистку, сняла поверхностные программы, разобрала привязки. Работа длилась час, после чего я почувствовала странную усталость — будто меня саму кто-то пытался вытянуть из тела. На следующий день он прислал голосовое сообщение. Голос дрожал, но теперь уже от злости. — Вы сделали только хуже! — кричал он. — У меня начались видения! Я вижу этих тварей! Они на меня смотрят! Вы меня не спасли, вы меня добили! Я слушала и понимала: классика. Бесы почувствовали, что их выковыривают, и начали атаковать в ответ. Запугивать, давить на психику, чтобы человек отказался от помощи. Такое бывает почти всегда. Но когда он сказал: «Давайте прекратим, я не хочу больше», я выдохнула с облегчением. Потому что если человек не хочет — никто не поможет. Ни ведьма, ни Бог, ни целая армия архангелов. — Хорошо, — ответила я. — Мы прекратим. Но запомните: во Вселенной можно помочь только тому, кто сам готов принять помощь. Не поиграться, не попробовать, а именно принять. Со всей ответственностью и последствиями. Когда будете готовы — приходите. Он не ответил. Я не расстроилась. Я знала: такие истории либо заканчиваются быстро, либо тянутся годами. И второе — не мой вариант. На этом фоне остальные клиенты казались почти курортным отдыхом. Или почти, потому что была ещё одна история.