В поезде обязательно нужно попросить чаю с лимоном. Жаль, что в Сапсане нет подстаканни... — 21 июня 2026 г. в 19:14:10.680
В поезде обязательно нужно попросить чаю с лимоном. Жаль, что в Сапсане нет подстаканников. Но чай с лимоном есть. Я смотрю в окно и вижу июнь, речки с песчаными пляжиками, купающихся дачников. Кто-то идет с ведром и удочкой, соседки разговаривают в конце улицы. Жизнь, как на картинах Константина Маковского, на выставку его и брата мы успели. В Музее Фаберже, прямо перед поездом. Выставка прекрасная, я уже и позабыла, как я люблю их жанровые картины. Программу поездки мы придумывали с Машей Гончаровой. Точнее Маша придумывала, а я счастливо кивала головой. Главная тема поездки - непрерывная художественная традиция Петербурга. Но начали мы парадоксально - с Кончаловского. Выставка блистательная, когда зигзагами и задом наперед ее показывает Антон Успенский. Горячо рекомендую. И закончили мы картиной "Полотёр", за что отдельное спасибо от нашей группы, которая знает и любит династию Переяславец. Героическая сирень тоже была. Но началось все с посиделок у Маши Гончаровой. Ее миры я люблю всей душой, разделяю любовь к тому, что большинством остается незамеченным. Мы ели вишню, разговаривали, отражались в бесконечных Машинах зеркалах и не хотелось даже Петербурга. В этот раз мы ходили гуськом вдоль каналов, заходя познакомиться в мастерские художников. Владимир Загоров так говорит и смущенно улыбается, что хочется подпереть голову рукой и с обожанием на него смотреть. Ольга Флоренская может останавливать армии, а ее Иерусалим из старинных предметов невозможно забыть. Шедевры с блошиных рынков и с Удельной в частности виртуозно атрибутируются Юрием Молодковцом, и значок с Летним садом - важная составляющая счастья таких походов. Я купила английское блюдо конца 19 века за 1000 рублей, невероятную чашку и одну получила от Маши в подарок, крошечную розеточку для варенья, бляху с гимназического ремня, двух львов на странном предмете из позапрошлого века и учебник Иловайского на французском. Среди продавцов на Удельной преобладают выходцы из бывших восточных республик. Только им хватает терпения разбирать опустевшие квартиры. А Советский Союз был страной коллекционеров. Вроде нечего было купить, но мы ухитрялись. Значки, календарики, марки - смысл и ценность чьей-то жизни теперь можно купить недорого. Или пройти мимо. Мне показалось, что я в этом июньском Петербурге застряла во времени, не всегда понимая, какой год за окном. Истины, так важные в этой непрерывной художественной традиции Петербурга прошлого, никуда не делись и сейчас. У нас один из путешественников очень хотел купить картину Владимира Загорова, но он сказал: «Пусть она пока побудет здесь». Я везу домой крыши Петербурга. Это фотография Юрия Модковца и его же ангела. Везу невесомую погремушку, которую Маша соединяет с несоединимым. Она позванивает у меня на шее, как слышимый только мне колокольчик. И в Москве не даст забыть, что где-то есть Маша и улица Гангутская, мастерские на крышах, и люди, которые любят город и Эрмитаж сильнее всего на свете. И служат городу и музею, кто как может. Маша стояла в арке и смотрела на реку, на шпиль Михайловского замка, смотрела мне вслед. И в конце любой улицы в Петербурге я теперь всегда буду видеть ее силуэт.