Хорошая сегодня история. Люблю такие, жизненные).
Хорошая сегодня история. Люблю такие, жизненные). ✔️ Баба Надя торопливо ковыляла по дороге, всхлипывая и вытирая глаза. Слез у нее давно уже не было – выплакала. Но привычка вытирать их осталась. В кои-то веки зашла в церковь, думала душу облегчить, а вышло наоборот. Отругал ее священник. И было б за что! За то, что людям помогала – травками лечила и народными заговорами! Сказал, что это грех большой. Колдовство. Вот тебе на! Какое ж это колдовство? Это помощь! Народные средства, травки да присказки от болезней – лечила она так. Скольким помогла, а теперь, выходит, – грех. Батюшка сказал, покаяться надо. Молодой он, но строгий. «Ну его! Не пойду больше…» – с какой-то детской обидой пробурчала она и принялась за грядки. Сорняки рвет, а мысли всё равно об одном. Неужели всё-таки грех? Он же батюшка, ему видней. Ученый по этим вопросам-то. Конечно, грехов за жизнь много накопилось – баба Надя и не думала отрицать, и рада бы каяться, и свечки кому надо ставить, но ведь, правда, всю жизнь считала свои «шепотки» невинными. А если он прав, а она так и помрет? «Самое страшное – помереть, а грехи за собой утащить», – думала она всегда. ✍️Грешница баба Надя в кои-то веки зашла в церковь, думала душу облегчить, а вышло наоборот… В церковь ее привел внук Петя. С ним у бабушки особая связь была. Ребенком Петя болел много; она его выхаживала, пока родители на работе были да сестру учили. Петя вырос давно, а бабушку не оставляет без внимания, постоянно забегает. А как стал алтарничать, и ее в храм позвал: «Баб Надь, ну давай сходим!» Баба Надя не сразу собралась – хозяйство всё время и силы отнимало. От постоянного копания на грядках спина бабушки уже не разгибалась – так она и ходила, словно поклонившись в пояс. Будто украдкой выглядывала из-подо лба бархатистыми глазами. И вот дошла наконец даже до исповеди. А батюшка возьми и скажи про колдовство, и снова заныла душа. Две ночи она не спала, думала, сомневалась, спорила мысленно с батюшкой, книжки с полки внука брала, листала, читала. А в ближайшее воскресное утро пришла в храм самая первая, у ворот стояла, ждала. Чуть увидела фигуру в рясе, поковыляла к нему, выглянула из-под «поклона» своего и выпалили: «Каюсь! Раз говоришь, что грех это, – каюсь! Грешница я!» Священник опешил от такого натиска с утра пораньше. Но сюрпризы на этом не закончились – чуть позже оказалось, что заболела одна из двух «певчих». Батюшка, музыкант в прошлом, и так-то был не сильно доволен своим хором, а тут даже их нет. Баба Надя вызвалась помочь. Сама не понимая как, просто по инерции – она всегда предлагала помощь. В итоге всю службу пропела на клиросе. Старательно, даже, кажется, немного выпрямилась от усердия. После службы, чуть дыша, заспешила к батюшке: – Ну что? Не подвела? – Что Вы! Я сегодня слышал прекрасное церковное пение. Приходите к нам почаще. И баба Надя стала приходить. * * * 📌Со временем уже сложно было представить себе храм без стоящей в углу в своем на грядках заработанном «поклоне» бабы Нади. Храм сельский. Службы только по воскресным дням и праздникам. Священник один. И службы долгие – 4–5 часов. И бабушка всё выстаивала. Маленькая, сгорбившаяся, стояла и старательно подпевала хору. Батюшка с певчими часто оставался после службы разбирать партии. Регент, молодая девушка, всегда очень рьяно что-то отстаивала, терминами сыпала. Убеждала батюшку, что вот именно так «богоугодно» петь, а вот так – ни в коем разе! Баба Надя изо всех сил старалась понять, как же правильно и богоугодно петь, но потом отчаялась разобраться и продолжила петь, как может. Иногда ей доверяли раздавать просфоры. В этот день у ребятни был праздник: баба Надя никогда никому не отказывала, давала столько, сколько просили. И когда в итоге просфоры очень быстро заканчивались, чуть не плакала: «Что же так мало напекли!» Свечница Татьяна ее ругала: – Зачем все раздаешь?! По одной в руки! – Ну как можно? Они же просят… – Мало ли что просят! Сказали по одной – значит, по одной! (Продолжение ниже 👇)