Ночью на трассе вопрос видимости и ясности встает очень остро. Ночная дорога полна тене...
Ночью на трассе вопрос видимости и ясности встает очень остро. Ночная дорога полна теней и призраков, она подсвечена то ли блуждающими огоньками, то ли огнями святого Эльма: красными, желтыми и белыми, проносящимися навстречу или мельтешащими впереди. Но стоит перестать полагаться только лишь на недалекий географически и геометрически ближний свет фар и включить свет дальний, как блуждающие огоньки становятся стоп-сигналами едущей впереди машины, огни святого Эльма оказываются габаритами мчащегося по встречной полосе большегруза, а тени и призраки превращаются в деревья и дорожные знаки. Много пользы в выборе нужного света, и не только теологически. Вот только постоянно держать дальний свет включенным не получается: есть правила и законы, писанные и нет, и риск ослепить другого дополняется риском словить ответку от него же, что может резко ухудшить качество жизни или даже угрожать ей. Потому нет-нет, да и приходится возвращаться в мир таинственной ночи и жертвовать ясностью ради безопасности. Трасса -своеобразная модель жизни, однако в этом случае она учит важному: как бы мы ни любили ясность и прозрачность, как бы мы ни стремились все понять и увидеть прежде, чем что-то делать, этого не будет всегда. Мы вынуждены действовать в условиях частичной неопределенности и делать выводы на основе неполных данных, принимая решения порой именно там, где фарами нашего разума подсвечен лишь небольшой пятачок пути впереди, размером порой лишь в один короткий шаг. Это стоит принять, и это нормально в смысле обыденно, ибо закономерно. Принятие, впрочем, не добавит нам комфорта, но может уменьшить страдание. “В мире будете иметь скорбь, но мужайтесь: Я победил мир”. Иоанн 16:33