«Детства», «Матери», «Буревестника» и прочего могло и не быть
«Детства», «Матери», «Буревестника» и прочего могло и не быть Потому что в 1887-м чуть не стало Максима Горького. Тогда на него навалилось сразу несколько тяжёлых событий. Умерла любимая бабушка, которая фактически его воспитала. Начались аресты среди его знакомых: многие из них состояли в революционных кружках и выступали против царской власти. А последней каплей стала несчастная любовь: Мария Деренкова, сестра его товарища, не ответила Горькому взаимностью. 19-летний юноша купил на базаре старый револьвер, пришёл на высокий берег Казанки и выстрелил себе в грудь. Перед этим он оставил записку с неожиданной для такого момента иронией: «В смерти моей прошу обвинить немецкого поэта Гейне, выдумавшего зубную боль в сердце». К счастью, Горького вовремя нашли и доставили в больницу, где врачи сумели его спасти. Позже он сам объяснил, что произошло: «Я выстрелил себе в грудь, рассчитывая попасть в сердце, но только пробил лёгкое». Но, хотя выстрел не убил будущего писателя, он серьёзно подорвал его здоровье. Повреждённое лёгкое сделало его особенно уязвимым перед туберкулёзом. Именно из-за этой страшной болезни позже Горький подолгу жил в местах с тёплым климатом, в том числе за границей. Кадр из фильма «Детство Горького», 1938 год.