Композиторы детям. Знакомство с великими композиторами — 4 августа 2026 г. в 08:00:06.886

Композиторы детям. Знакомство с великими композиторами Йозеф Гайдн Его звали «папаша Гайдн» — и в молодости и в глубокой старости. «Папашей» он был тридцать лет для оркестрантов князя Эстергази — самого богатого после короля человека Австрии. «Папашей» называл Гайдна великий Моцарт, считавший его своим учителем и первым другом. Князья, короли разных стран с восторгом слушали музыку Гайдна, заказывали ему симфонии, квартеты, оратории. Золоченые кареты с замысловатыми гербами частенько подъезжали к его небольшому домику в предместье Вены. Сам Наполеон, говорят, пожелал услышать в концерте ораторию «Сотворение мира». Из Лондона, Парижа, Петербурга слали Гайдну почетные дипломы и медали. Ему надарили столько драгоценных перстней, кубков, табакерок и других диковинных вещей, что их трудно было уместить в доме. Любой бы стал важничать! А папаша Гайдн? Ничуть. Встает чуть свет и — работает, пишет свою музыку. И одет так, словно он не знаменитый композитор, а незаметный музыкант. Добряк был папаша Гайдн и шутник. И музыка у него тоже добрая, простая, шутливая. То рассказывает она, как поют птицы, то как журчит ручей, то как переваливается с ноги на ногу косолапый медведь. У Гайдна в музыке и солнышко светит, и волны по морю перекатываются, и травы растут, и деревья. А бывает, рассказывает музыка, как танцуют важные дамы и господа, но чаще, как поют и пляшут крестьяне. Свои симфонии Гайдн называет словно картины: «Вечер», «Утро», «Полдень», «Охота», «Медведь», «Курица», «Королева». Кто, кроме папаши Гайдна, мог придумать «Детскую» симфонию — для игрушечных инструментов — свистулек, барабана, трещотки, детской трубы, треугола. Но есть у Гайдна и печальные симфонии — «Жалоба», «Прощальная». «Прощальная» симфония, правда тоже шутка, только шутка грустная. Она была написана, когда Гайдн служил капельмейстером у князя Эстергази. Он один мог защитить оркестрантов от капризов князя. ...Взволнованно звучит тревожное начало симфонии. Тоскуя, ведут невеселую мелодию скрипки и басы. Первая, вторая, третья, четвертая часть... Никаких признаков радости, веселья, шутки, обычных для Гайдна. Наконец пятая часть — тоже неожиданность: ведь обычно в симфониях всего четыре части. И вдруг второй валторнист и первый гобоист встают, гасят свечи у своих пюпитров и, не обращая внимания на оркестр, уходят со сцены. Оркестр, словно ничего не произошло, продолжает играть. Вскоре умолкает фагот — музыкант тоже гасит свечу и уходит, потом первый валторнист и второй гобоист, контрабасист... Постепенно уходят все оркестранты, кроме первой и второй скрипок. Мелодия звучит все печальней, все медленней и, наконец, тает. Скрипачи, погасив последние свечи, молча покидают сцену. Вот какую шутку придумал Гайдн, чтобы помочь своим товарищам, придворным музыкантам. Никто из них, да и сам Гайдн, не посмел бы прямо сказать князю о том, что он заставляет оркестр слишком много работать, что люди устали и хотят съездить домой, к своим семьям. Композитор всю жизнь, до глубокой старости очень много работал. Он оставил после себя множество сочинений, значительная часть которых до сих пор не найдена. Беда в том, что бессмертные творения, которые Гайдн сочинял в течение тридцати лет при дворе Эстергази, принадлежали не ему, а хозяину, князю, и перешли затем к наследникам-вельможам. Те, хоть и не очень ценили музыку, но никак не хотели расставаться с рукописями великого композитора. Поэтому многие его произведения не были напечатаны и долгое время оставались неизвестными. Только после 1932 года, когда весь мир торжественно отметил двухсотлетие со дня рождения Гайдна, увидели свет замечательнейшие творения композитора. В церковных и княжеских библиотеках собиратели его сочинений обнаружили больше четырехсот неизвестных прежде рукописей. Чайковский сказал о Гайдне: «Не будь его, — не было бы ни Моцарта, ни Бетховена».