Вечная темнота. Она дремала, тихонько мерцая светом далеких звезд. Стоило только сейчас... — 7 сентября 2026 г. в 10:44:50.800
Вечная темнота. Она дремала, тихонько мерцая светом далеких звезд. Стоило только сейчас высунуться наружу — получилось бы всей собой ощутить тишину этой темноты. — Ха, это было бы последнее, что я ощутила. — Марисса улыбнулась уголком губ и аккуратно ввела темно-лиловый раствор в трубку. Тот, подгоняемый паром, побежал вверх и влился в прозрачную жидкость, которая в ответ тихо замерцала. Марисса практически подпрыгнула от радости, выронила шприц, полезла под стол. Бах! Лабораторию тряхнуло так, что стол подпрыгнул. Встревоженно звякнули колбы агрегата и зашипел выходящий воздух из разорванной трубки. — Мамочка, прости-прости-прости! — Дочь спрыгнула с веревочной лестницы, что соединяла верхний ярус с лабораторией. — Я все исправлю! Марисса махнула рукой, вдыхая горький с кислинкой запах своего препарата: снова неудача. А успех был так близок! — Лика, ну какого леворукого!.. От запаха першило в горле. «Ах, если бы можно было просто открыть форточку, как на Земле…» — мелькнула печальная мысль. Мелькнула и исчезла, а тень тоски осталась. Ковер, что выполнял роль пола во всех помещениях их сферы, в том числе в лаборатории, привычно откликнулся на магию Лики, то ли впитывая, то ли растворяя лишние запахи — Марисса никогда не вникала в «дар» дочери. — Хотя именно благодаря ему все работает… — Мысль почему-то вырвалась вслух. Лика встрепенулась. — Да, мамочка? Что работает? — Все. — Ой, тебе все-таки интересно?! Может, я могла бы… — Нет! — Вышло резче, чем хотелось, но злость от провала эксперимента, который подарил бы ей и дочери каплю счастья, была сильнее остальных чувств. — Нет, Лика. Что ты там опять натворила? — Я… — Девушка потупила взгляд, между ее пальцев засверкали нервные искры, из-за которых ковер снова слабо задрожал. — Я… Да так… Да ничего. — Меня сейчас укачает от твоего мямленья! — сорвалась, выдохнула, спокойнее добавила: — Лика, ты же знаешь, все магическое реагирует на… на твой… твои эти разряды. Выдохни и объясни спокойно. Иначе я посмотрю сама. — Нет! Ковер почти подпрыгнул, стенки сферы задрожали, будто были из хрусталя. — Лика! — Мамочка! Марисса одним махом взлетела вверх по веревочной лестнице, как когда-то в школе на уроках атлетики. Следующий ярус был спокоен, только потолок слегка бугрился. Марисса взобралась по следующей лестнице. На полу растекались лужи со слабо мерцающими краями. Зеленые, коричневые, зеленые — они были похожи на карту мира на полотне безумного художника. — Это?.. — Марисса было протянула руку к ближайшей луже, но тут же отдернула. — У тебя… Я хотела… — Лика держалась за ступеньку лестницы до побелевших костяшек, боялась поднять взгляд. — Лика, что это?.. — голос мамы был какой-то незнакомый, будто растерянный. — Я хотела сделать тебе подарок на день рождения: сделать живой макет Земли, у меня почти получилось, но потом… Потом… — Что, что потом? — Понимаешь, ты говорила, что Земля была сферой, ну, пока наши… Ну, в смысле маги… Ну… — Лика? — Оно рассыпалось… Взорвалось от излишнего давления, там натяжение… Разные плотности… Мамочка, прости-прости-прости. Девушка глазами, полными слез, смотрела на Мариссу. — Доченька! — Мама бросилась к лестнице, помогла дочери влезть на ковер яруса и прижала к себе. Они разрыдались. * * * — Так, я теперь вот тут надо немного ослабить… Лика аж пыхтела от напряжения, следуя маминым инструкциям. Но теперь, когда за основу была взята разработанная Мариссой субстанция, похожая на земную литосферу, дело пошло легче. Магия соединялась с алхимией, и вот в воздухе появился зелено-голубой шар. — Мамочка! — Тише, тише, все хорошо, — обняла Марисса дочь. И шар засветился, показывая, что наконец-то стал стабилен. — Так вот какой она была… — Да… За границами сферы лежала темнота космоса, рядом дрейфовали другие корабли, стабилизированные магическими нитями, вдали мерцали чужие звезды. И на фоне всего этого в семейной лаборатории парила маленькая, почти забытая планета. Планета, рожденная из знаний прошлого и настоящего.