От эйфории к шоку: Brent может упасть до $60 — и российский бюджет тоже — 7 июля 2026 г. в 11:05:56.164
От эйфории к шоку: Brent может упасть до $60 — и российский бюджет тоже Нефть Brent может продолжить снижение до $60 за баррель к концу года по мере ослабления перебоев в работе Ормузского пролива, сообщает Bloomberg. Аналитики Citigroup Inc. рекомендуют продавать, так как к концу года цена на Brent составит $60-65 за баррель. По словам источников, знакомых с ситуацией, некоторые ведущие европейские державы теперь согласны с тем, что суда, проходящие через Ормузский пролив, должны будут платить сборы Ирану и Оману. Так что Иран в плюсе, а вот Россия - не особенно. Среди прочих банков Goldman Sachs Group Inc. заявил, что мировой рынок нефти готов вернуться к избытку предложения . За последние недели Morgan Stanley дважды снизил свои прогнозы по нефти, указав на те же риски избыточного производства. ОПЕК+ при этом предполагает повышение добычи - то есть, цена снова будет падать. Для бюджета РФ важна не просто долларовая цена Brent, а связанная с ней (обычно с дисконтом) цена Urals, в сочетании с курсом рубля, экспортными объемами и налогами. Бюджет-2026 построен примерно на Urals около $59 за баррель и курсе около 92 руб./$ — то есть на рублевой цене нефти около 5 400 рублей за баррель. При этом западные аналитики указывали, что при более низкой рублевой цене Urals для балансировки бюджета РФ потребовался бы куда более слабый рубль — вплоть до района 117 руб./$. Поэтому Brent $60 — это для России не просто «нефть подешевела». Это риск, что Urals окажется ниже бюджетной базы, особенно если дисконт снова расширится. Кроме того, китайские независимые НПЗ уже переключаются на подешевевшую ближневосточную нефть, а спрос на российскую снижается. Если Brent $60–65, а Urals продаётся с дисконтом, то бюджетная цена для России может оказаться не $60, а условно $53–58. При крепком рубле это превращается в прямой недобор доходов. Российский бюджет уже вошёл в 2026 год с напряжением. Дефицит федерального бюджета за первый квартал достиг 4,6 трлн рублей, то есть превысил плановый дефицит на весь год. Расходы военного и социального блока трудно быстро сократить. Минфин уже предупреждал, что совокупный дефицит региональных бюджетов в 2026 году может вырасти на 27%, до 1,9 трлн рублей, из-за падения налога на прибыль и роста социальных расходов. Если федеральный центр теряет нефтегазовую подушку, у него меньше пространства для поддержки регионов. А регионы одновременно несут часть военных и социальных расходов: выплаты, льготы, инфраструктуру, поддержку семей участников войны. Поэтому нефтяной шок превращается в проблему не только Минфина, но и губернаторской устойчивости. Рубль опять оказывается перед неприятной развилкой, где в полном смысле хороших поворотов нет. Первый — держать рубль крепким. Тогда импорт дешевле, инфляция ниже, населению спокойнее, но бюджет получает меньше рублей с каждого экспортного доллара. Второй — позволить рублю слабеть. Тогда бюджет получает больше рублей за нефтяную выручку, но растёт инфляционное давление, «съедающее» реальные доходы. Если нефть падает, рубль почти неизбежно становится последним средством. Вопрос только в скорости и степени ослабления. И, в российских условиях, состоится ли это до выборов - или после.