Чистота в традиции
Чистота в традиции Представления о гигиене у восточных славян строились вокруг системы координат, которая почти не пересекается с нашей. То, что мы сегодня называем чистотой, для наших предков было прежде всего категорией моральной и ритуальной — физическая сторона дела присутствовала, но редко выходила на первый план. Религиозные запреты, магические представления, социальная иерархия — всё это сплеталось в такой плотный узел, что разделить практическое и сакральное порой невозможно. Мужская прическа работала как маркер — этнический, сословный, конфессиональный. Знаменитый украинский «оселедець», длинный чуб на выбритой наголо голове, пришёл от восточных народов и со временем превратился в визитную карточку казачества. Русские же предпочитали стрижку «в кружало» или «в скобку» — волосы подрезали по кругу, надев на голову обычный горшок, и этого было достаточно, чтобы человек считался «своим». Старообрядцы, самые ревностные в вере, выстригали на темени небольшое «гуменце» — символ венца бессмертия. Остальные русские посмеивались и звали их «суховершинниками». Любопытно, что ещё к середине XIX века косой пробор у молодёжи вызывал у старшего поколения почти паническую реакцию — это воспринималось как грех, как покушение на порядок вещей. С женщинами всё было ещё строже — причёска прямо указывала на семейное положение. Девушка носила одну косу, а в торжественных или траурных случаях волосы распускали. Это считалось древнейшим из всех видов убора Замужняя женщина волос на людях не показывала. Русские плели две косы и убирали их под головной убор, а на Украине и в Белоруссии косы заплетать замужним женщинам запрещалось вовсе — волосы скручивали и прятали под чепец. Свадебный обряд часто включал символическое обрезание косы невесты, а кое-где её даже подпаливали свечой. Такой ритуал был живой частью перехода из одного состояния в другое, и без него обойтись было нельзя. Косметика в деревне была незамысловатой, но ею пользовались вовсю. Щёки румянили свёклой или ягодами ландыша, брови чернили углём. В некоторых местах вплоть до середины XIX века держался обычай чернить зубы. Само понятие чистоты у восточных славян имело мало общего с нашим. У староверов, например, мыло числилось «нечистым» предметом — посуду им мыть запрещалось категорически. Бельё после стирки нужно было прополоскать в проточной воде: стоячая для этих целей не годилась. Региональные различия были существенными. Севернорусские сибиряки считались эталоном чистоплотности — деревянные полы отскребали песком до белизны, и это производило впечатление на современников. Украинцы же делали ставку на эстетику: белили и расписывали стены, превращая дом в картину, но мытью воды как таковому особого значения не придавали. Каждый регион по-своему отвечал на вопрос о том, что значит «чистый дом». Умывались с помощью подвесного глиняного умывальника с носиками. Мыть руки перед едой было не рекомендацией, а законом: неумытый человек не мог зайти на пасеку или участвовать в обрядах — его просто не допускали. Для волос использовали гребни из коровьего рога, уши чистили специальными «уховёртками», которые носили на шнурке вместе с нательным крестом. Гигиена восточных славян — это переплетение веры и привычки. Чистым человек мог быть совсем не в том смысле, в котором мы понимаем это сейчас, и именно это несовпадение заставляет задуматься.