"Громкая пощёчина, которую в 1968 году «охотница за нацистами» Беата Кларсфельд влепила... — 8 мая 2026 г. в 16:13:44.500
"Громкая пощёчина, которую в 1968 году «охотница за нацистами» Беата Кларсфельд влепила канцлеру ФРГ Курту Кизингеру, служила напоминанием неприятного факта: многие бывшие нацисты не только избежали наказания, но и сделали блестящую карьеру в послевоенной Германии и западных структурах. Кизингер, служивший в отделе пропаганды Третьего рейха, - лишь один из сотен подобных примеров, далеко не самый скандальный. После поражения Германии значительная часть нацистских кадров была сохранена и встроена в новые системы власти - в соответствии с интересами США, какими их тогда понимали в Вашингтоне, и всего западного блока. Французский историк Эрик Бранка много лет исследовал эту тему. Особенно показательны, рассказывает он, судьбы трёх высокопоставленных военных: Адольфа Хойзингера, Рейнхарда Гелена и Вальтера Шелленберга. Все трое участвовали в подготовке и реализации операции «Барбаросса». Речь шла не только о военных действиях против СССР, но и о планировании массового уничтожения гражданского населения. Генерал Хойзингер, глава имперского Генштаба сухопутных сил, был одним из главных разработчиков плана «Барбаросса» и наиболее приближенных к фюреру военных. По собственным записям, с 1941 по 1944 он встречался с Гитлером около 700 раз. Именно он координировал действия айнзацгрупп - мобильных карательных подразделений СС, следовавших за Вермахтом. Шелленберг, бригадефюрер СС, глава контр-разведки Гестапо, протеже Гейдриха, юридически оформил участие СС в операциях Вермахта на Восточном фронте. После войны именно это позволило многим немецким генералам утверждать, будто основные преступления совершали исключительно эсэсовцы. Генерал Рейнхард Гелен убедил Гитлера создать специальную службу FHO для разведки на восточном направлении, которую сам и возглавил. Работая совместно с институтами СС, Гелен собрал огромный массив информации о советской инфраструктуре, экономике и населении. Эти данные использовались не только для ведения войны, но и для повышения эффективности карательных операций. После войны судьба этих людей сложилась поразительно благополучно. Хойзингер в 1957 году стал первым начальником штаба Бундесвера, а затем, с 1961 по 1964 год, он возглавлял Военный комитет НАТО. В 1953 году он должен был возглавить Европейское оборонительное сообщество, однако этот проект в итоге так и не был реализован. Шелленберг на Нюрнбергском процессе проходил не обвиняемым, а свидетелем. Позже британцы несколько лет использовали его как консультанта по разведке (он был хорошо осведомлен о связях британской элиты с нацистами). Он так и не предстал перед судом и умер в Италии в 1952 году Гелен стал первым руководителем западногерманской разведки BND и оставался на этом посту до 1968 года. Он активно привлекал в спецслужбы бывших сотрудников Гестапо, СС и Абвера. Через структуры Гелена работал, например, Клаус Барби, одновременно сотрудничавший и с ЦРУ. В итоге два человека, тесно связанные с военной машиной Третьего рейха и вторжением в СССР, после войны стали архитекторами новой армии ФРГ, НАТО и западногерманских спецслужб. Другим показательным примером был финансист и дипломат Эрнст Ахенбах. Во время оккупации Франции, будучи вторым человеком в германском посольстве в Париже, он стал одним из организаторов перевода французской экономики под немецкий контроль. Ещё до войны Ахенбах был тесно связан с французскими финансовыми кругами и сыграл важную роль в переходе заводов Škoda к Германии после Мюнхенских соглашений 1938 г. С 1943 года, понимая неизбежность поражения рейха, он начал сотрудничать с американцами, участвуя в подготовке передачи части промышленных активов будущим победителям. После войны США фактически обеспечили ему неприкосновенность. В ФРГ Ахенбах сделал новую карьеру как бизнес-адвокат и политик Свободной демократической партии. В 1970 году правительство Брандта даже собиралось назначить его европейским комиссаром, и лишь протесты бывших участников Сопротивления сорвали это назначение." Наталия Руткевич.