Однажды летом мой двоюродный брат Николай отправился к матери, которая жила в другом го...
Однажды летом мой двоюродный брат Николай отправился к матери, которая жила в другом городе. Выехал очень рано, машин на трассе практически не было. После нескольких крупных городов населенных пунктов вдоль шоссе не много, по обе стороны дороги поля и лесопосадки. День был серый, пасмурный, но без дождя и тумана, обычных для летнего утра в этих местах. Внезапно двигатель заглох. Николай вышел из машины, поднял капот, проверил — вроде все в порядке. Но двигатель не заводился. Вдруг приятель услышал какой-то странный, сдавленный голос: «Есть хочу!» Оглянулся по сторонам — никого! Стал садиться в машину — снова голос: «Есть хочу!» Признаться, мой братец порядком струхнул. Откуда голос, если вокруг ни одной живой души? А он в дорогу ничего поесть не взял, спешил очень. Поглядел по сторонам и пробормотал: «У меня нет ничего, извини, но когда буду назад ехать, обязательно привезу, обещаю». А самому даже стыдно: взрослый мужик, а неизвестно с кем разговаривает. Подождал немного, попытался еще раз машину завести. Она завелась сразу! Чудеса да и только. Сначала аж руки дрожали, все в зеркало заднего вида посматривал, но потом успокоился и на ситуацию посмотрел с юмором. Переутомился, мол, парниша. Приехал к матери, стесняясь, со смешком, рассказал ей о странном голосе. Та переполошилась, давай на сына святой водой брызгать, молитву читать. Погостив несколько дней, утром чуть свет собрался в обратный путь. Мать ему гостинцев положила, а отдельно пакет с пирожками и еще кое-какой едой сунула, перекрестила и велела, как доедет, обязательно позвонить. Едет Николай по той же трассе, редкие машины навстречу попадаются. Доехал до места, где несколько дней назад странный голос слышал, и машина снова заглохла! Тут уж он совсем перепугался. Из машины вылез, пакет с едой на обочину положил и с опаской произнес: «Я тут тебе поесть привез». Несколько секунд подождал. Тишина… И вдруг тот же сдавленный голос прохрипел: «Скажи всем своим, пусть детей с собой в людное место не берут». И снова стало тихо. Сел брат в машину, завел ее и благополучно добрался домой. Рассказал о происшедшем жене, своей сестре и ее мужу. Женщины поохали, шурин, скорее всего, не поверил, а через неделю об этом случае приятель и сам не вспоминал. Прошло время. На Крещение собрались жена и сестра в церковь за святой водой. И детей с собой взяли. Народу было много, а церковный двор небольшой, да еще и узкий. В храм не зайти. Для верующих, желающих свечи поставить, приготовили поддоны с песком. Свечей много, все зажжены, огонь колышется. Пробираются женщины с детьми мимо поддонов к бочкам с водой, а вокруг толпа напирает. И тут дочка сестры внезапно падает на поддон со свечами. Шуба из искусственного меха загорелась. Все бросились тушить огонь. А сестра вдруг слышит: «Говорили тебе, не бери детей в людное место». Что это было: внутренний ли голос или сила какая-то неизвестная — не понятно, но с тех пор Николай и его семья стараются детей в места большого скопления народа не брать.