Баба-яга глянула в окно, узнать, чего воронье расшумелось. Из леса к избушке едет богат... — 21 мая 2026 г. в 18:25:00.150
Баба-яга глянула в окно, узнать, чего воронье расшумелось. Из леса к избушке едет богатырь на гнедом жеребце. Доспех сияет рыбьей чешуёй, голову венчает островерхий шлем. К седлу приторочен рдяный щит, лук и меч-кладенец. Конь ступает тяжко, потряхивает меловой гривой и косится на всадника каштановым глазом. Под блестящей шкурой играют тугие мышцы, вид у животного скорее волчий. Такой ворогу копытом в гадкую харю отвесит и нечисть пастью цапнет. У забора богатырь натянул поводья и рявкнул: — Тпру! Стоять! Конь с готовностью остановился, и всадник соскочил, земля дрогнула даже под избушкой. Баба-яга погладила стену, проворковала успокаивающе: — Тише милочка, усе хорошо. В первой, что ли, богатыри прут к нам? Чувствуется, как трусят куриные ножки, готовые мчать в пущу. Откашлявшись, встала из-за стола и поковыляла к дверям, а то дуболом сдуру гаркнет заповедное «Ко мне передом, к лесу задом!», а изба возьми и сделай. После уборкой маяться, да побитые горшки клеить, тьфу. Раскрыв дверь, кликнула: — Хто здесь? Чую-чую русским духом веет! — Каким? — Изумился богатырь. — Русич я. — Присловье такое, олух. — Буркнула Яга. — Не стану я ломать язык «русичиским»! Тьфу... — А... — Потянул богатырь. — Собсна это... Здравствуй, бабушка! — И тебе не болеть милок, чего ради заявился? Витязь почесал затылок через шлем, звук, будто бер когтями рвёт стальной щит. Над лесом на всякий случай взмыли вороны, заложили круг и полетели прочь. — Да я это... того, Кощея еду побивать. — И шо, тебе нужон совет, где Иглу сыскать? — Не... Княже молвил без затей по ноздри в землю-матушку вбить, да лещей надавать. Последнее я не понял, зачем ему рыба, вбитому то. Но наказ есть наказ. Баба-яга придирчиво смерила богатыря взором. Высок, даже излишне, в княжеские хоромы протиснется только боком, да и то ползком. Грудь широкая, как две винные бочки, кулаки с наковальни, а лапищи — дубовые брёвна. — Это ж хде ты этакой народился? — Спросила Яга, озадаченно. — Ну матушка батю встретила, когда в горах бродила, да травы собирала. Правда, он с ней спустится не смог, говорит сыра земля не держит, расступается под ним, как ряска. А что? — Да так... любопытство стариковское... как звать тебя? — Тверд Святогорович! — О как... а годиков то тебе сколько? — Двенадцать, бабушка. Ведьма поперхнулась вопросом, глаза полезли из орбит. Закашлялась в кулак и вкрадчиво спросила: — Точно? — Да чтоб мне провалиться! Маменька тоже дивилась, говорила в папеньку пошёл. Вот с Кощеем покончу и поеду к нему в гости. — Хм... а чего ты не с мамой, а у князя? Конь, устав слушать, двинулся вдоль забора, покусывая траву. Богатырь осекся, и начала колупать землю носком сапога, отводя взгляд. — Ну... игривый я... а соседские детки хилые. — Кхм... — выдохнула Яга, помыслив, как этот верзила играл в салочки с обычными детьми, а то и в драки лез. — Ясненько, так что тебе от меня понадобилось? — Так баньку бы... — Сказал богатырь. — Неделю еду без передыха, от меня, как вы подметили, духом веет за версту, волки шарахаются. Ну и покушать бы...