КОД «МАСТЕРА И МАРГАРИТЫ»
КОД «МАСТЕРА И МАРГАРИТЫ» Ростовский писатель Александр Сидоров, известный читателям под псевдонимом Фима Жиганец, выпустил новую книгу «Вселенная "Мастера и Маргариты". Пушкин в роли Бегемота». Это не академический трактат, а занимательные очерки для массового читателя о знаменитом романе Михаила Булгакова, его скрытых связях с эпохой, литературой и культурой 1920-1930-х годов. Интерес к Булгакову у Сидорова давний. По образованию он филолог и называет писателя одним из своих любимых авторов. Но к собственному исследованию его подтолкнула экранизация «Мастера и Маргариты» Владимира Бортко. «Я настолько возмутился этим сериалом», - признается Александр Сидоров. По его мнению, при отдельных прекрасных актерских работах в экранизации потерялись и булгаковский юмор, и трагизм. Именно тогда появилось желание вернуться к первоисточнику и внимательно разобраться, из чего на самом деле складывался роман». Работая над книгой, автор пришел к выводу: «Мастера и Маргариту» невозможно понять вне времени, когда произведение создавалось. Булгаков писал роман около 12 лет, существует от семи до одиннадцати его редакций, причем ранние варианты порой радикально отличаются от канонического текста. Поэтому Сидоров изучал не только биографию писателя, но и рукописи, историю Москвы, быт, жаргон, литературу и свидетельства современников. Один из первых очерков посвящен времени действия романа. Автор показывает, что Булгаков намеренно перемешал приметы 1920-х и 1930-х годов, поэтому попытки определить единственный точный год действия обречены на споры. Особенно интересна глава об Аннушке. Исследуя уголовный жаргон 1920-х годов, Сидоров обнаружил, что выражение «взять на Аннушку» означало угрозу убийством. Отсюда возникает целая цепочка литературных параллелей: булгаковская Аннушка, Анна Каренина, трамвай и постоянно возникающий мотив гибели. Спорит Сидоров и с популярной версией, будто Воланд является своеобразным портретом Сталина. В ранних редакциях, напоминает исследователь, представители советской власти, напротив, пытаются бороться с Воландом. А сам роман писатель считает полифоническим, где невозможно назначить одного безусловно главного героя. Чем глубже погружаться в текст, тем отчетливее становится: роман по-прежнему хранит множество загадок, которые Булгаков оставил будущим читателям и исследователям. Текст, фото — Александр Оленев. Подробнее — «Молот» за 09.10.2026