Продолжение:
Продолжение: 4⃣ Преподобноисповедник Рафаил (Шейченко), тоже почти 20 лет проведший в заключениях, писал своим духовным чадам из тюрьмы, что все эти испытания посылаются для спасения души и таковую волю Божию нужно принимать, какой бы тяжелой она ни была. Отец Рафаил был освобожден только в 1955 г. после того, как началось массовое возвращение из лагерей осужденных по неправосудным приговорам. Многие из оптинской братии были приговорены к высшей мере наказания — расстрелу. Тесницкие леса под Тулой в разные года стали местом казни для наших насельников. Сторожилы называют этот район «конвейером смерти». Сюда приезжала машина с шестью заключенными, которые копали себе могилы. В это время надзиратели возвращались в тюрьму, брали еще 6 человек, и те, по прибытию к месту, должны были расстреливать своих собратьев по камере, закапывать их в землю и рыть ямы уже для себя. Тем временем машина успевала привезти очередную группу заключенных и все повторялось снова и снова. Так, в 1938 году здесь приняли кончину молодые послушники Григорий Ларин, Даниил Пятибратов и иеродиакон Вадим (Антонов). В Оптиной они пробыли сравнительно недолго — послушались в пономарне, в булочной, трудились на конном дворе и пели на клиросе, а вскоре были изгнаны из монастыря и начали скитаться по съемным квартирам. Но, тем не менее, не угасили своей преданности Богу и, когда были арестованы и приговорены к расстрелу, достойно приняли смерть. Незадолго до этого был расстрелян и послушник Роман Недокучаев, который после закрытия монастыря купил в Козельске дом и поселил в нем оптинских монахов. 5⃣ Такой же достойный подвиг понес и молодой отец Агапит (Таубе), ныне прославленный в лике святых. Когда Оптину ликвидировали, он некоторое время жил в городе и ходил в светской одежде, а когда его пришли арестовывать — с радостью надел рясу и ушел в тюрьму христианским исповедником, точно только и ждал этого момента. В итоге его ждали два срока. Скончался он на свободе, неся очередной крест —тяжелую стадию рака. Старушка, ухаживающая за ним, рассказала, что свои страдания он переносил спокойно и светло, до последних минут не сводя глаз с иконы Богородицы. Шамординская монахиня Амвросия (Оберучева) тоже пострадала за веру и была отправлена в ссылку на Север. По соседству с ее поселением жили оптинские отцы — Мелетий (Бармин) и Феодот (Мартемьянов). По ее воспоминаниям, им жилось очень тяжело. Хозяйка, у которой они снимали комнату, постоянно бранила их за каждый неровно лежащий половичок и, несмотря на их слабость здоровья, заставляла носить воду. В самой комнате она оставила им лишь одну кровать, на которой спал отец Феодот, потому что у него была грыжа, а второй батюшка ютился на полу. Отец Феодот так и скончался в ссылке в Северном крае в 1932 году, а иеросхимонах Мелетий (Бармин) — уже на свободе в 1959 году в возрасте около 97 лет; сейчас его могилка также находится на Оптинском некрополе, рядом с часовней убиенных братий. Сколько всего оптинцев пострадало за эти годы, сказать трудно. Но благодаря архивным поискам иеромонаха Платона (Рожкова) удалось установить почти 90 человек, подвергшихся в разное время гонениям, заключениям или расстрелу. Вечная ваша память, отцы и братия наши, приснопоминаемые!