После инсульта Виктор Сергеевич почти полностью перестал двигаться. Он не говорил, не м...
После инсульта Виктор Сергеевич почти полностью перестал двигаться. Он не говорил, не мог поднять руку, не мог сам повернуться в кровати. Врачи честно сказали семье: шанс восстановиться есть, но путь будет долгим. Очень долгим. Из всего тела у него по-настоящему слушались только глаза. И ещё едва заметно шевелился указательный палец левой руки. За отцом остался большой дом, фирма, счета и всё, что он зарабатывал десятилетиями. Сначала его сын Артём выглядел почти идеальным наследником и заботливым человеком одновременно. Он сам следил за лекарствами, возил отца на процедуры, поправлял плед на коляске, подносил воду и при посторонних неизменно говорил: — Не переживай, пап. Я рядом. Я тебя не брошу. Со стороны всё выглядело так, будто сын действительно держит на себе весь дом. Но очень быстро стало ясно, что эта забота заканчивается там, где исчезают свидетели. Когда в комнате никого не было, Артём тяжело вздыхал, раздражённо дёргал коляску, мог резко захлопнуть дверь и всё чаще смотрел на отца не как на человека, а как на проблему, которая слишком затянулась. Однажды вечером он сидел в кабинете с открытой папкой документов и думал, что отец, который ещё недавно сам управлял всем, теперь не может даже поставить подпись. Ни дом, ни бизнес, ни деньги не переходили к сыну. Всё по-прежнему оставалось оформлено на Виктора Сергеевича. Артём закрыл папку и тихо, почти сквозь зубы, сказал: Продолжение тут!