💭«Он же меня любит…»
💭«Он же меня любит…» Одна из самых сложных тем в терапии инцеста — это парадокс привязанности к насильнику. В ситуации длительного насилия психика ребёнка делает единственно возможное — адаптируется, чтобы выжить. 🌟Так формируется то, что называют бытовым «стокгольмским синдромом»: агрессор чередует насилие с «заботой», гнев — с подарками, унижение — с признаниями в любви, угрозы — с обещаниями. Ребёнок не может уйти. Не может разорвать связь. И потому психика начинает защищать агрессора. Это не слабость. Это стратегия выживания. И здесь терапевт сталкивается с одним из самых непростых феноменов: клиент может защищать того, кто причинил ему травму. 😅Если специалист не понимает эту динамику, он рискует: 😅усилить стыд, 😅разрушить доверие, 😅преждевременно конфронтировать, 😅не выдержать амбивалентность клиента. Почему это критически важно для психолога? Потому что работа с инцестом — это: 😅работа с глубокой зависимостью, 😅с нарушенными границами, 😅с молчанием и лояльностью к насильнику, 😅с сильнейшей амбивалентностью клиента. Здесь недостаточно общей подготовки по травме. Нужно понимать динамику власти, механизм выживания психики и специфику терапевтической позиции. Эту тему мы разбираем во 2 модуле курса. Курс Ирины Исаевой «Терапия инцеста» даёт: ✔ системное понимание зависимой динамики ✔ распознавание маркеров насилия ✔ инструменты бережной работы ✔ устойчивость специалиста в сложной теме Это курс про профессиональную зрелость. Про способность видеть глубже симптома. И быть тем специалистом, который действительно способен прервать цикл насилия. 😅Если вы готовы расширить свою компетентность и работать с этой темой осознанно — присоединяйтесь к курсу.