Секреты парижского метро и русской души: Третьяковка раскрывает тайны гениального бунта...
Секреты парижского метро и русской души: Третьяковка раскрывает тайны гениального бунтаря Ивана Лубенникова Задумывались ли вы когда-нибудь, спускаясь в столичный метрополитен, что спешите на работу в окружении экспонатов мирового уровня? Да-да, каждый раз, когда мы лавируем в толпе в час пик, невольно становимся ценителями монументального искусства. В этом году художнику Ивану Лубенникову исполнилось бы 75 лет. В честь юбилея Государственная Третьяковская галерея распахнула двери, чтобы напомнить: этот мастер умел превратить обыденность в чистый восторг с легкой долей доброй авторской иронии. От парижской подземки до гардероба с курочкой Оказывается, связь между московскими кулисами и парижским шиком ближе, чем кажется. Едва зритель направляется сдать пальто в музейный гардероб, как нос к носу сталкивается со знаменитой «Курочкой Рябой». Это авторская копия витража, который Лубенников когда-то создал для станции «Мадлен» в самом сердце Парижа. Французы тогда ахнули от широты русской сказки, а москвичи теперь с удовольствием любуются этим шедевром прямо по пути к гардеробным номеркам. ✨ Но экспозиция призвана показать не только монументальный размах мастера, а в первую очередь его тонкое, чуть насмешливое и безгранично теплое живописное естество. Экскурсоводом по закоулкам лубенниковской души выступила его супруга, муза и коллега по цеху Наталия Глебова, поделившаяся историями без музейного занудства и пафоса. Столбовые дворянки, дачные камины и верные псы «Я буду рассказывать, как умею и что помню», — обезоруживающе искренне призналась Наталия Васильевна. Перед гостями предстает полотно «Портрет столбовой дворянки Н. Глебовой». С картины смотрит утонченная дама, а рядом стоит сама героиня, с улыбкой уточняя: «Я, конечно, никакая не столбовая, а просто из дворянской семьи, но Ване захотелось написать именно так!» Женская самоирония в дуэте с мужским обожанием творит настоящую классику. А вот и сам мастер на «Автопортрете с собакой». Никаких парадных мундиров, накрахмаленных воротничков и пафосных взглядов в вечность! Художник изобразил себя в уютных домашних штанах, с охапкой поленьев и верным четвероногим другом у ног. Дачный рай в Жаворонках, потрескивающий камин, летящие в огонь забракованные наброски и внезапная вспышка озарения. К слову, свою фирменную подпись он поставил в самом неожиданном месте — яркой алой точкой возле плеча. Художественное хулиганство чистой воды! Любовь сильнее правил: от Дейнеки до брутального рыбака Особое место занимает работа «Отец. Подражание Дейнеке». Впрочем, классический соцреализм тут лишь тонкий повод для глубокой нежности. Сюжет подсмотрен в храме: прихожанин бережно держал на плече маленькую дочку. Картина стала семейным оберегом Лубенниковых. Наталия Васильевна вспоминает, как однажды внучка, всхлипывая после справедливой взбучки, взглянула на полотно и победоносно заявила: «А папа меня все равно любит!» Против такого железного аргумента бессильна любая педагогика. далее на https://movosti.ru/sekrety-parizhskogo-metro-i-russkoj-dushi-tretyakovka-raskryvaet-tajny-genialnogo-buntarya-ivana-lubennikova/