Алексей Гуськов раскрыл тайну Моцарта и объяснил, почему кремниевые мозги никогда не за...
Алексей Гуськов раскрыл тайну Моцарта и объяснил, почему кремниевые мозги никогда не заменят русскую душу Задумывались ли вы, почему умнейший робот-пылесос с завидным упорством пытается проглотить забытый на полу носок, но до сих пор не написал ни одной приличной драмы? Человечество столетиями дрожит перед восстанием машин: то нам мерещится железный Терминатор с тяжелой поступью, то чересчур вежливый чат-бот, норовящий отобрать хлеб у сценаристов. Однако народный артист России Алексей Гуськов смотрит на цифровой прогресс с поистине олимпийским спокойствием и легким прищуром человека, который точно знает, где у этого восстания тумблер выключения Знаменитый актер открыто признался, что вовсе не чурается высоких технологий и охотно берет кремниевых тружеников себе в подмастерья. Но уповать на то, что бездушная плата с транзисторами научится чувствовать так же тонко, как живой человек, — затея столь же наивная, сколь и попытка научить соловья петь по чертежам бюрократов. По мнению Гуськова, искусственный интеллект — великолепный секретарь, но аховый творец. Ошибка резидента, или В чем секрет Амадея? Главный парадокс искусства заключается в том, что оно рождается вопреки логике. Пока программисты выглаживают алгоритмы до стерильного блеска, настоящее чудо происходит там, где правила трещат по швам. «Все творчество формируется именно на неправильной информации. Раньше мелодия поднималась у всех вверх и вниз — это закон музыки. А Моцарт стал писать вверх и опять вверх. И все увидели, что он гений» , — мудро заметил артист. Алгоритм обучен следовать протоколу: он высчитывает идеальную траекторию, сглаживает углы и старается угодить среднему арифметическому. Но покажите мне зрителя, который пойдет в зрительный зал ради таблицы Менделеева или бухгалтерского баланса! Мы жаждем живой шероховатости, внезапной слезы и той самой благословенной искры, которую невозможно упаковать в двоичный код из нулей и единиц. Машина может работать со скоростью света, но она никогда не поймет, почему щемит сердце при звуках простой мелодии. От тайги до петровских ассамблей Человеческую харизму не сымитируешь даже на самом мощном сервере — спросите об этом поклонников киноленты «Граница: Таежный роман». Разве мог бы холодный процессор выдать ту гремучую смесь ярости, ревности и магнетизма, которой наделил Алексей Гуськов своего бессмертного Никиту Голощекина? А ювелирная партия дирижера Карла Элиасберга в «Седьмой симфонии» или психологический блеск Юры из культового «Классика»? Нейросеть бы попросту зависла от перегрузки эмоциональных регистров К слову, на широкие экраны как раз выходит масштабная историческая картина Андрея Кравчука «Рождение империи». В ней Алексей Геннадьевич примерил камзол фельдмаршала Бориса Шереметева — верного сподвижника Петра I. Вот где подлинный масштаб, порох, государственные страсти и никакой компьютерной бутафории в актерских глазах! Петровская эпоха ковалась... далее на https://movosti.ru/aleksej-guskov-raskryl-tajnu-moczarta-i-obyasnil-pochemu-kremnievye-mozgi-nikogda-ne-zamenyat-russkuyu-dushu/