рабочий кабинет, сняла красный плащик, оставшись в светлом платье, потом заглянула к на...
рабочий кабинет, сняла красный плащик, оставшись в светлом платье, потом заглянула к начальнику планового, взяла новое задание. Ближе к обеду почувствовала что-то необычное, словно чего-то не хватало в ее привычном рабочем процессе, подняла свои красивые серые глаза и посмотрела на дверь. Потом встала, подошла к окну, откуда хорошо просматривалась вся территория. Возле машины главного инженера вместо светловолосого Сереги стоял долговязый темненький паренек и старательно протирал стекла. Это было так неожиданно, что она отошла от окна, и наконец, поняла чего же не хватает сегодня. За полдня Сергей ни разу не заглянул к ней. Она вспомнила, как они с Сашкой на глазах Сергея повели себя как влюбленная парочка… «Неужели он поверил?» — Подумала Неля. И только сейчас ей стало неловко, даже стыдно за свой поступок. Перед обедом заглянула в отдел кадров к Нине Мироновне и невзначай поинтересовалась новеньким. — Так это новый водитель Юрия Матвеевича. Сережа-то уволился… — Как уволился? Почему? — Так он на БАМ уехал. — Когда? Нина Мироновна задумалась, что-то подсчитывая в уме. – Погоди, кажется, сегодня. Да, вот наверное, через час поезд, с вокзала их торжественно провожают. А ты разве не знала? — Так я же в отпуске была. В следующие минуты Неля даже не понимала, что ею руководит, не осознала еще, и совершенно неважно стало, что о ней подумают. — Юрий Матвеевич, пожалуйста, дайте вашу машину, мне на вокзал срочно надо, прямо сейчас, — она смотрела умоляюще. — Что у тебя стряслось, Маслова? — Мне надо Сергея увидит… ну который у вас водителем работал. — Вот тебе на! То как скала неприступная, а то вдруг увидеть… не поймешь вас, молодых. Ну, бери, раз надо. Она бежала по перрону в светлом платье, держа в руках красный плащик, потому что день выдался теплым. Группками стояла молодежь, рядом провожающие. Вот парень играет на гитаре, поет про туманы. А дальше «рвется» из магнитофона голос Высоцкого, кто-то плачет, кто-то смеется: — Да не на вoйну же провожаем! Это же комсомольская стройка! Это же БАМ! Неля ищет глазами, в надежде увидеть Сергея, хотя уже почти отчаялась найти в толпе знакомое лицо. Он первым увидел ее, пошел навстречу, оставив на минуту родителей и младшего брата. Она почти наткнулась на него. – Сережа! – Запыхалась от быстрой ходьбы и волнения. – Сережа, я хотела тебе сказать, что тогда с Сашкой – это всё неправда. Это просто ерунда какая-то, я не подумала тогда… Сашка мне родня, он теперь муж моей двоюродной сестры, я даже на свадьбе у них была, вот… Он не сказал ни слова, легкий ветерок трепал светлые волосы, безотрывно смотрел в ее серые глаза, словно стараясь запомнить. А она ждала хотя бы слова, хотя бы улыбки. А он был серьезным, даже не пытаясь улыбнуться. Наконец произнес, может самые главнее для них обоих слова: — Ты приедешь ко мне? — Что? – Неля была обескуражена вопросом и потому переспросила. — Ты приедешь ко мне? Она еще несколько секунд молчала, потом кивнула. И не надо было больше слов и объяснений, в этот момент обнял ее и так хотелось поцеловать впервые в жизни… но рядом стояли родители и стеснение охватило обоих. *** Полгода они переписывались. И в каждом письме Сергей вспоминал ее серые глаза. Он приехал в отпуск ненадолго. Но за это время они успели сделать праздничный вечер, на котором были родители и самые близкие родственники. А уже там, на БАМе, расписались. В небольшом таежном поселке родился их первенец, потом дочка. Через пять лет вернулись в родной город, оставшись в нем теперь уже навсегда. *** — Ой, бабуля, как это все романтично! Неужели это все с тобой было? — Да что уж там романтичного, ничего особенно, я тебе все вроде по-простому рассказала. — Нет, бабуля, это очень романтично, и я бы написала это все загадочно, интригующе, с долей романтики… Нелли Андреевна (именно так звучит ее полное имя, хотя по молодости на работе все звали просто Неля) поставила чайник, достала любимый сервиз. Вместо светлой челки –