Знаете, чего я боюсь? Что вот умру, предстану перед Господом, а Он на меня посмотрит и ...
Знаете, чего я боюсь? Что вот умру, предстану перед Господом, а Он на меня посмотрит и заплачет. И ужас вот этого плачущего из-за меня Господа, Который не может меня спасти по моей же вине, — вот это, наверное, самое страшное, что может быть в жизни. Меня это сейчас останавливает, ограждает от очень многих вещей, которые я могла бы, наверное, сделать, если бы я не боялась этих вот слез Господних. Я не боюсь, что Он меня накажет. Я боюсь, что я Его огорчу. Пока тебя не хлопнет, простите, мордой об стол, ты, во-первых, никогда не поймешь того, кого хлопало. Ты не сумеешь сострадать человеку. Редко кто может этому научиться без собственного печального опыта. А второе, это показывает тебе: Боже, какая же я была счастливая до того момента, пока не поставили онкодиагноз! Боже, я не понимала, как я счастливо живу! Это, наверное, для того, чтобы люди понимали, что жизнь, она радостная, счастливая. Она счастливая сейчас, сегодня, в этот момент, несмотря на твои рваные колготки. Любая болезнь — это лакмусовая бумажка. Проявляются абсолютно все: родственники, коллеги. И в какой-то момент вдруг выясняется, что человек, которого ты любил и уважал, тебя бросил, ушел. А человек, с которым ты еле-еле сквозь зубы здоровался на работе, потому что он тебе просто не нравился, прибежал к тебе, помыл полы, сварил суп, дал денег и просто тебя утешил. Так что болезнь — это на самом деле хорошая вещь. И когда говорят, что болезнь — это посещение Бога, это правда. А терпение, ну конечно, я бы очень хотела, чтобы оно у меня было — как талант… Нет, у меня его нет. Я просто заставляю себя. И в какой-то момент, когда терпение у меня заканчивается, я ухожу в ванную плакать. Поплачу, поплачу, а потом выхожу оттуда нормальная. Потому что не надо вешать на всех окружающих свое плохое настроение. У меня был случай, когда я несколько лет не могла простить человека. Сам он прощения не просил, но мне было важно не это. Мне было важно его простить самой, понимаете? И это было очень сложно. Я все ходила на исповедь и каялась, что у меня не получается. Но в конце концов сумела. Знаете, я вот думала: что значит простить? Сесть с ним пить чай? Определенно нет. Я подумала: вот идет Страшный суд, и я вижу, что на этого человека начинают сыпаться грехи, и вываливается грех, который он совершил в отношении меня. И вот в этот момент надо поднять руку и сказать: «Господи, прости его. Он не ведал что творил». Вот это и будет прощение. И когда я почувствовала, что я смогу это сделать, я поняла: все, я его правда простила. Дарья Донцова - писательница, сценаристка, радио- и телеведущая