- Так надо ведь постирать, ты заходи, заходи, я счас доразвешиваю быстренько и тоже при... — 29 июня 2026 г. в 19:01:00.448
- Так надо ведь постирать, ты заходи, заходи, я счас доразвешиваю быстренько и тоже приду, чаю попьём. Чайник вскипел быстро. На столе появились печеньки и конфеты с зефиром, выставленные из холодильника, где хранились, чтоб не растаяли. - Я что к тебе зашла-то, – начала разговор Ильинишна, – узнать решила, как ты на речку сходила. - Ты угощайся, угощайся, – потчевала подругу Ивановна, – хорошо сходила. Юрка Ондрюхин с Санычем плотик в справности держат. Помнишь, в прошлом годе мальцы-удальцы перильца сломали? - Помню, как не помнить. - Так всё починили. Речка, правда, мелковата, так жара целую неделю стоит. - Даа, дождика бы не мешало. - Ты чай-то пей, пей. - Я что к тебе зашла-то. Помнишь, прошлым летом все вместе ездили ковры мыть. - Как не помнить, помню. Увезли, привезли. Благодать. - Так надо бы и в этом годе так сделать. Ты согласна? - Согласна, согласна. - Петровна тоже согласна. С Юркой Ондрюхиным я договорилась. В семь часиков и поедем. Нюрка сказала, что она не собирается в такую рань, как ты, вставать. - Ну-ну. Вот и на следующий день дело нашлось, – радовалась Ивановна. А этот день ещё продолжался. И, несмотря на изнуряющую жару, продолжалась в деревне жизнь. Просыпалась ребятня, приехавшая к бабушкам на каникулы, и деревня наполнялась детскими голосами. А на следующее утро, не дожидаясь семи часов, три подруженьки со своими коврами-дорожками стояли каждая у своей калитки. Вскоре подъехал сосед Юрка с женой Нюркой. Все ковры поместили в прицеп машины и поехали к речке. Добравшись до места, незамедлительно приступили к стирке. Ковёр расстелили на плотик, и все начали поливать его из вёдер, до тех пор, пока не наводопел. Насыпав стиральный порошок, двое самых молодых: Нюрка и Петровна, залезли на плотик и щётками с длинными деревянными ручками начали стирать. Ивановна с Ильинишной, смывали мыло с ковра, поливая водой из вёдер. Затем все стащили ковёр с плотика в речку и снова его полоскали. Закрутив ковёр, по воде дотащили до плотика и поставили его на попа, облокотив на перила, оставили, чтоб стекала вода. Нюркин муж, тем временем, мыл прицеп. - Мой чище, крикнула ему Ильинишна, – будет как в прошлом годе, сам перемывать будешь. - Мою, не видишь что ли? И так ты меня этим пятнышком весь год попрекала. Нашла о чём беспокоиться. Усвоил я давно уж. - Беспокойная я, успокой ты меня, – спела Ильинишна строчку из известной песни. - Драй, драй, не отлынивай, – вторила подруженьке Петровна. - Да что, ослепли что ли, из сил выбиваюсь, как стараюсь. - Вот и дело. Нынче твои ковры на низ сбросаем, так что, драй палубу, – поддержала подруг Ивановна. Так с шутками-прибаутками вымыли они все ковры-дорожки. Юрка сносил их в прицеп, а Ильинишна проконтролировала, чтобы на сей раз её дорожка не попала вниз, хоть прицеп и блестел после помывки. До деревни доехали быстро, помогли друг дружке развесить ковры. Последним весили коврик Ивановны. - Ну что, подруженьки, заходите в избу. Чай излажу. Напившись чая и вспомнив в деталях все подробности сегодняшнего мероприятия, всласть насмеявшись, подруженьки разошлись по домам – отдохнуть малёхо. А Ивановна, глядя в окошко на свежевыстиранный коврик, решила: - Надо завтра с утреца одной съездить, одеяла-покрывала помыть. И с чувством удовлетворения проделанной работой и перспективами на завтра, включила телевизор и уселась в кресло, будь-то бы узнать новости дня в мире. Татьяна Горчакова