«Mise en scène удивительные, еще не бывалые в России»,
«Mise en scène удивительные, еще не бывалые в России», - пишет Чехов в письме знакомым о спектаклях только что открывшегося Художественного театра. В это время Художественный театр шли репетиции его «злосчастной «Чайки» (С) – из письма А.П. Чехова – П.Ф. Йорданову. До Станиславского мизансцены часто строились по определенным правилам: актёры не должны были загораживать друг друга, смотрели в зал, монологи говорили только стоя и т.п. Для Константина Сергеевича же мизансцена стала мощным выразительным средством. В «Докторе Штокмане» в сцене собрания-митинга он рассадил актеров под углом к рампе, сделал зрителей «соучастниками» спектакля: «точно раздвинулись стены театрального зала» («Московский листок», 1900 г.). А перед этим Художественный театр и вовсе сделал немыслимое: посадил актера спиной к залу: «фигура Сорина, почти все время сидящая спиной на авансцене, — хорошо. Но так как это прием исключительный, то больше им пользоваться нельзя». (Вл.И. Немирович-Данченко). Мизансцена была настолько важна, что ее повторили в фотоателье, чтобы зафиксировать. Фото из фондов Музея МХАТ: - Медведенко - И.А. Тихомиров, Сорин - В.В. Лужский, спектакль «Чайка», 1899 г. Фотоателье Отто Ренар. #оглядываясь_назад