Непрерывный огонь по танкам противника вёл 65-й отдельный противотанковый дивизион. Всп...
Непрерывный огонь по танкам противника вёл 65-й отдельный противотанковый дивизион. Вспоминает ветеран дивизии, командир орудия противотанкового дивизиона Леонид Алексеевич Плюхин: «…я ранее после войны многие годы вообще не смотрел кино и не читал о войне. И вот только спустя много лет стал читать об этом, наводя на раздумье…. Бои за Москву на Бородино… за два дня нашей батареей было подбито и сожжено более 30 танков … на другой день стоя колотил, ноги грел, сапоги уже развалились, а был снег, … оглянулся в сторону фронта, а там уже сплошная масса танков от леса до обелиска (д. Семеновская) метров 800 все забито вплотную танками, … подал команду огонь … танки загорались … ». О прибытии на рубежи Бородинского поля, подготовке позиции к боям – в воспоминаниях Николая Степановича Селина (в 1941 году – рядовой, разведчик противотанковой батареи 17-го стрелкового полка): «Наш эшелон прибыл в гор. Можайск ранним безоблачным утром 12-го октября 1941 года. После выгрузки каждый взвод батареи был придан одному из стрелковых батальонов полка. … 3-й взвод, состоящий из двух орудий встал на огневые позиции … на 126 км автострады Москва-Минск, перед мостом через р. Еленка. После установки орудий на огневые позиции и приведения их в положение «к бою» выверили прицельные линзы, определили ориентиры и шагами измерили до них расстояние. Весь боекомплект из зарядных ящиков поднесли к орудиям … между собой обменялись адресами родных.». Героическую оборону воинов дивизии на Бородинском поле в своих воспоминаниях описывает Павел Михайлович Шевченко (в 1941 году – командир орудийного расчёта 2-й батареи 133-го лёгкого артиллерийского полка): «Штаб полка располагался у дома-музея Бородинской битвы 1812 года. Моя 2-я батарея … заняла оборону у памятника генералу Раевскому … каждый из нас сам себе дал клятву – не посрамить это священное поле … наши пехотинцы и мы – артиллеристы были в одной линии и 2-3 раза в сутки бросались в рукопашный бой. Но не отступили … Врагу не удалось пройти по Бородинскому полю. Здесь очень много погибло сибиряков-дальневосточников. Доходило до того, что у орудия оставался один человек и орудие стреляло! ...». Далее П.М. Шевченко пишет об оставлении Бородинского поля, отступлении: «Командир дивизии полковник Полосухин принимает решение организованно отходить полкам …, а нашему 133 ЛАП было приказано двигаться в арьергарде, т.е. прикрывать отход частей дивизии и одновременно вести разведку и навязать бой противнику с целью задержать его на период развертывания полков дивизии на отходном рубеже.». И ещё один эпизод из воспоминаний Павла Михайловича о бое 21 октября при прорыве из окружения: «Командир полка даёт приказ: - Прорываться через разбитую и подожжённую ранее нами колонну немецких танков. И вот когда я подбежал ближе к шоссе и упал для перебежки (т.к. автоматчики строчат), то я заметил около себя лежащего человека вниз лицом. Когда я к нему подполз ближе, узнал его. Хотел повернуть, но он уже был мертв. Это был наш начальник штаба капитан Сарыгин Павел Петрович. Я забрал у него медальон (медальоны выдали ещё на Дальнем Востоке) сунул себе в карман шинели. Но в дальнейшем получилось так, что мне пришлось шинель свою сбросить, о медальоне … я забыл.». Полностью здесь