«Отступать нам некуда - позади нас море, впереди – неприятель».
«Отступать нам некуда - позади нас море, впереди – неприятель». 5 октября 1854 года Севастополь был крещен «огнем и железом». В этот день по старому стилю (по новому стилю 17 октября) состоялась первая бомбардировка Севастополя объединенными силами европейских интервентов. С утра вступили в дело их осадные батареи, с полудня с опозданием начал общую бомбардировку и союзный англо-франко-турецкий флот. Вице-адмирал В.А. Корнилов около 11 часов утра прибыл на Малахов курган. Укрепления, блиндажи, батареи и площадки Малахова кургана засыпал град неприятельских снарядов. Корнилов собирался продолжить объезд остальных укреплений Севастополя, но в этот момент ядро раздробило ему левую ногу у паха. Ранение было страшным. «Вас ранило?!» — воскликнул адъютант, склоняясь к адмиралу. «Хуже! Это конец», — прошептал Корнилов. Когда подбежали офицеры и матросы, адмирал, превозмогая боль, сказал: «Хорошо умирать, когда совесть спокойна! Отстаивайте же Севастополь... Я счастлив, что умираю за Отечество...» В страшных мучениях через несколько часов он скончался в госпитале, все таки узнав, что Севастопольская крепость отразила нападение неприятеля и привела вражеские батареи к молчанию. Интервенты на штурм не решились и начали долгую осаду. Союзный флот так же понес серьезные потери в дуэли с нашими береговыми батареями, не сумев нанести им серьёзных повреждений. Севастополь скорбел о потери Корнилова, внесшего максимальный вклад в организацию его обороны. Матросы, солдаты, юнкера и юнги (которые очень любили покойного адмирала) на месте, где он был смертельно ранен, выложили крест из ядер. «Славная смерть нашего любезного, почтенного Корнилова. Мир праху его! Вели положить его рядом с незабвенным Лазаревым. Когда доживем до спокойных времен, поставим памятник на месте, где убит, и бастион назвать по нем», - написал Император Николай I главнокомандующему нашими войсками и флотом в Крыму А.С. Меншикову.