«Прочерк в анкете»
«Прочерк в анкете» Валентина Петровна сидела в зале суда, сцепив руки на коленях. Она ждала этого дня восемь месяцев, с той самой минуты, когда получила известие о гибели сына. Её сын, Дмитрий, погиб 16 февраля 2025 года в зоне специальной военной операции. Ему было 34. Он подписал контракт в ноябре 2024-го, попав в зону СВО, и не дожил до весны. Но Валентина Петровна пришла в суд не для того, чтобы оплакать сына. Она пришла, чтобы лишить его жену Ольгу права на выплаты, положенные супруге погибшего военнослужащего. — Она не была ему женой, — повторяла Валентина Петровна. — Ни на бумаге, ни в жизни. Ольга сидела напротив, не поднимая глаз. Они с Дмитрием познакомились в 2020, расписались в СИЗО в июле 2021 года. Жили вместе в её квартире с января 2022 по июнь 2023. Потом Дмитрия снова арестовали, отправили в колонию под Хабаровск. Ольга возила ему передачи, переводила деньги, звонила. Последний раз они разговаривали в апреле 2024, и поссорились. А потом Дмитрий вернулся в Магадан, попал под домашний арест, жил в квартире матери. Он мог общаться с супругой, закон разрешал, но не звонил, не писал, не встречался. В ноябре 2024 арест сняли, и тогда он отправил мировому судье иск о расторжении брака. В анкете военнослужащего, заполненной 11 декабря 2024 года, в графе «жена» он поставил прочерк, а семейное положение указал: «холост». — Он умер до того, как решение суда о разводе вступило в силу, — сказал адвокат Ольги, Сергей Жолобов. — Юридически она оставалась супругой. Значит, имеет право на выплаты. Судья выслушал свидетелей. Подруга Валентины Петровны, Ирина, показала, что никогда не видела Дмитрия с женой. Друг Дмитрия, Максим, рассказал, что тот говорил: «Чтобы деньги не получил не тот человек, если со мной что-нибудь случится». Дочь Ольги, Светлана, призналась, что сама просила мать развестись, ради работы в органах. Судья долго изучал документы. В справке из СИЗО было указано: после апреля 2024 года ни звонков, ни свиданий, ни передач от Ольги не поступало. Дмитрий не сообщил ей ни о контракте, ни об отправке в зону СВО. О его смерти она узнала из социальных сетей, на похоронах не была, хотя пришла на прощание и позже привезла цветы на могилу. — Брак — это не только штамп, — сказала судья, оглашая решение. — Это взаимная любовь, поддержка и ответственность. Если этого нет, то нет и права на компенсацию утраты. Иск Валентины Петровны был удовлетворён. Ольгу лишили права на меры социальной поддержки. (Решение от 15 октября 2025 г. по делу № 2-2323/2025, Магаданский городской суд) Мысли юриста Чат канала