) за заботу об Архипе.
) за заботу об Архипе. -Все хорошо, Николай! Не надо благодарностей! Нам было не в тягость. Архип – замечательный внучок – произнес дедушка, и добавил своим басистым голосом, улыбаясь в седые усы: - А мы то вот точно будем скучать по Архипке, когда увезешь его от нас. Иванна, погладив мальчика по светлой макушке, произнесла ласково: - Ничего. Он будет с папой и мамой к нам в гости приезжать летом. Да, Архипка? Мальчик посмотрел на отца, потом на Иванну, задрав голову вверх, и только после этого кивнул, согласно, головой. Иванна, переведя взгляд с лица Архипа на лицо дочери, произнесла: - Отпустите меня, братцы-кролики – я схожу ручки помою и переоденусь, а потом сразу вернусь. Юля и Архип отпустили Иванну, и после ее ухода в ванную комнату о чем-то зашептались между собой, а затем выбежали из комнаты, таинственно хихикая. Бабушка Маша покачав головой, и при этом улыбаясь по доброму, обратилась к мужу: - Ох, что-то задумали наши «партизаны»)) Иди, дед, присмотри за внуками, а то опять, не дай Бог, на дерево залезут, или кур на прогулку выпустят, или все ключи с замками попрячут, а может и еще чего придумают новенького! Л Пожилой мужчина, покряхтев для солидности, поднялся со своего стула и вышел вслед за внучатами во двор. Через несколько минут на кухню вернулась Иванна. Николай, во время ленивого и затянувшегося чае-кофе-пития, поддерживал разговор со всеми дамами, но все же глаза его «тянулись» к Иванне, хлопочущей у плиты. Младшая сестра Раисы, как только зашла на кухню, окинула стол хозяйским взглядом, и очень оперативно, и как-то незаметно ( "между слов"), наделала пару десятков колбасно-сырных бутербродов, затем накрошила салат в глубокую салатницу из помидоров и красного болгарского перца, приправив его душистым подсолнечным маслом и чесноком. Одновременно с этими делами, Иванна отправила на широкую сковороду, с растопленным сливочным маслом, десяток куриных яиц. Присыпав через несколько минут готовую глазунью молотым черным перцем и россыпью резаных перьев зеленого лука, девушка быстрыми и ловкими движениями водрузила приготовленную еду на стол, и сразу же поставила перед каждым по чистой тарелке, объявив: - Отставляйте свои кружки. Чаепитие продолжим позже. Давайте поедим нормально. Я голодная! Составьте мне компанию, пожалуйста)) Давайте-давайте! Не стесняемся - раскладываем все по тарелочкам! Освобождайте быстренько от яичницы сковороду – я малышам омлет пожарю. И готовьтесь все слушать мои рассказы о сбитых и не сбитых сегодня фишках на автодроме! Меня просто распирает от гордости за себя! Я такая молодец! А затем, посмотрев на Николая, добавила, улыбаясь мягко и даже ласково: - Николай, позовите, пожалуйста, детей и дедушку со двора. Только напомните им, чтобы руки с мылом вымыли. Увидев, как Николай поспешил исполнить ее просьбу, по гусарски кивнув головой, и направившись к дверям, произнесла вдогонку: - Спасибо огромное!! Мы вас всех ждем! Через пять минут чинное чаепитие стихийно переросло в дружный семейный ужин. Вскоре проснулась младшая дочь Иванны, и молодая мамочка, так же легко и незаметно для окружающих, приготовила кашу для малышки. За столом все разговаривали, улыбались друг другу. Ужин продолжался, но в воздухе, все же, витало напряжение: никто (при Иванне), даже не пытался завести разговор об Игоре или Раисе. Все темы с участием этих лиц не затрагивались родными специально. Николай наблюдал за этой семьей весь вечер и сделал для себя вывод: Иванна – стержень этой семьи. Ее любви и внимания хватает на всех. Раиса права: Иванну любят родные люди, но ни из-за того, что она похожа на отца, или просто «младшенькая». Нет. Иванну невозможно не любить из-за ее заботливого характера и доброго сердца. Николай, за считанные часы, увидел и понял разницу между сестрами: Раиса – обидчивая, мнительная, и более холодная по характеру, а Иванна светится изнутри ярким душевным светом и теплой энергией, и все тянутся к ней (и дети, и взрослые члены семьи), и греются ее любовью и жизнелюбием. - На сколько вы к нам приехал