чь, постепенно перерастая из обычного знакомства и добрососедских отношений в чувства з...
чь, постепенно перерастая из обычного знакомства и добрососедских отношений в чувства зрелые, прочные. Только, как оказалось, этого времени у него нет. И поэтому, Федору не остается ничего другого, как открыться перед Зоей. **** - Вы тут как? – Зоя, услышав голос Федора, обернулась. Она в этот момент сидела на диване и держала на руках Ванечку, а Оля развлекала погремушкой Анютку. - Спасибо, все хорошо. – Ответила Зоя, поднимаясь с дивана вместе с сынишкой. – Только… Нам надо сегодня вернуться домой. - Зачем? Вы что-то забыли? Зоя перехватила малыша на своих руках удобнее, и ответила: - Нет. Дело в другом. Я немного успокоилась, подумала, и решила, что это неправильно – вот так прятаться в твоем доме. Это же не то, что переночевать, или день пересидеть. То, что случилось сегодня может повториться в любой момент. И через неделю, и через месяц. - И что ты хочешь предпринять? – Спросил Федор. Зоя вздохнула, вновь опустилась на краешек дивана, и ответила, усаживая малыша себе на колени: - Не знаю. Обращусь к участковому, напишу заявление. Пусть разбирается. - Думаешь, разберется? Зоя пожала плечами. Ее следующие слова прозвучали тихо и без уверенности: - Должен разобраться. А если не поможет, продам дом и уеду из деревни. - Куда уедешь? Зоя подняла свой взгляд. Федор стоял посреди комнаты, такой мужественный, серьезный, а взгляд его глаз был глубоким и задумчивым. Ей на какой-то миг даже показалось, что Федор стоит и читает ее мысли, а вопросы задает лишь для того, чтобы она проговаривала их вслух. - Пока не знаю куда. – Честно ответила она. В этот момент Ваня захныкал, и Зоя отвлеклась от беседы с Федором. Она дала малышу соску-пустышку, которая свисала у него с шеи на пластмассовой цепочке, и прижала сынишку к своей груди, укачивая и успокаивая. Зоя, в этот момент даже не обратила внимания на передвижение мужчины по комнате. Именно поэтому Федор, вдруг присевший у ее ног на одно колено, вызвал огромное удивление у Зои, а особенно неожиданным оказалось то, что теперь их глаза находились почти на одной линии, и очень близко друг к другу. От потрясения Зоя даже перестала укачивать Ванечку. А Федор тем временем выставил вперед руку, затем разжал кулак. Зоя увидела на широкой ладони мужчины коробочку, в виде маленького ларца. Затем он открыл крохотную застежку и поднял крышку… Как только Зоя смогла оторвать свой, еще более удивленный взгляд, от пары золотых колец, и вновь посмотреть на Федора, он произнес, продолжая все так же стоять на одном колене перед нею: - Зоя, не надо вам никуда уезжать. Выходи за меня замуж. Обещаю: я никогда и никому не позволю вас обижать. Мы будем жить одной семьей. Ты будешь вести хозяйство домашнее, смотреть за детьми, а я буду вас обеспечивать. Я перевелся обратно в охрану. Буду ходить на дежурства на ферму. В свободные от дежурств дни буду помогать тебе, и буду ухаживать за поросятами. А с весны дом начну для нас строить. Большой и просторный. У меня пенсия есть. Зарплата будет. Накопления небольшие есть. Богатой жизни не обещаю, но и бедствовать, голодать мы точно не будем. **** Зоя сидела, смотрела на мужчину, который всегда, каким-то волшебным образом умудряется оказываться в трудный момент рядом. На мужчину, который сделал незабываемым этот Новый год для ее детей, подарив им замечательные, щедрые подарки, и принеся в дом живую елочку. Ее же саму Федор жалел, подвозя на работу и с работы на автомобиле, а дай ему волю – он готов был взять большую часть ее обязанностей на себя в корпусе, где содержатся поросята. Зоя заметила, конечно, что Федор не произнес слов любви, предлагая ей замужество, но его поступки, его отношение к ней и детям красивее и красноречивее любых признаний. - Федя. Ты хорошо подумал? Меня ведь много. Нас много. - Зоя произнесла свои слова тихим голосом. - Конечно подумал. Вы для меня уже все родные. И Оля, и маленькие бойцы. Я всегда хотел иметь большую, дружную семью, и, если мы станем такой семьей, я буду очень счастливым человеком, и гордым отцом троих наших детей. Зоя пов