Россия забирает иностранный бизнес в ответ на санкции. Счёт Западу выставляют внутри ст...
Россия забирает иностранный бизнес в ответ на санкции. Счёт Западу выставляют внутри страны Россия постепенно устанавливает контроль над активами западных компаний, работающих на её территории. Под временное управление уже передавали энергетические предприятия Fortum и Uniper, бизнес Danone и Carlsberg, производителя лекарств «Нижфарм», активы Air Liquide, Rockwool, CanPack, Akzo Nobel, торговые сети «Ашан» и «Лемана Про», а теперь — российские активы французской Tarkett и нескольких международных упаковочных компаний. Механизм позволяет отстранить прежних владельцев от управления, не оформляя немедленную национализацию. Формально активы могут оставаться их собственностью, но фактический контроль переходит к назначенным российским структурам. В дальнейшем предприятия могут продать отечественным инвесторам. Почему это происходит? Запад заморозил российские государственные резервы и ввёл беспрецедентные санкции, ограничив доступ России к части зарубежных активов и финансовой инфраструктуры. Москва, в свою очередь, получает инструмент давления на иностранный капитал, который продолжает работать внутри страны. Финансовая выгода для России может быть существенной. Государство получает возможность влиять на прибыль крупных предприятий, сохранять производство и рабочие места, а при последующей продаже активов — привлекать средства в российскую экономику. Новые владельцы могут платить налоги внутри страны, инвестировать в модернизацию и направлять прибыль российским собственникам вместо зарубежных акционеров. Но есть важный нюанс: передача во временное управление сама по себе не означает, что государство получило стоимость предприятия деньгами. Прямой финансовый эффект возникает, если актив приносит доход, продаётся или обеспечивает другие измеримые экономические преимущества. Кроме того, ответные меры повышают риски для инвестиций и могут вызвать новые ограничения против российских компаний за рубежом. По сути, формируется система взаимного давления: Запад ограничивает доступ России к её зарубежным резервам, а Россия получает рычаги воздействия на западный бизнес внутри страны. Иностранные активы становятся не просто собственностью компаний, а инструментом экономического противостояния. И чем дольше сохраняются санкции и блокировка российских средств, тем выше вероятность, что Москва продолжит использовать этот механизм для защиты собственных интересов и перераспределения контроля над крупным бизнесом.