НР

Наш Рок

Музыка · 4 ноября 2026 г.

Открыть канал в MAX

«Крематорий» и московский звук, который не хотели записывать официально

«Крематорий» и московский звук, который не хотели записывать официально В 1983-м Армен Григорян собирал группу на квартирах. Скрипка Михаила Россовского, тексты про Эльзу и мусорный ветер. После «Иллюзорного мира» 1985-го их уже звали в другие города. Настоящий прорыв случился с «Комой» 1988-го — альбомом, который до сих пор называют визитной карточкой московского рока того времени. Александр Липницкий позже говорил, что именно тембр «Крематория» для него определяет звук восьмидесятых в Москве. Рядом стояли «Звуки Му», но у Григоряна была другая плотность — жёстче, злее, с чёрным юмором, который не просил жалости. «Безобразная Эльза», «Сексуальная кошка», «Хабибулин» — песни, которые разошлись по магнитофонам быстрее, чем успевали их запрещать. Официальные студии долго не горели желанием их записывать. Демо делали сами, аппаратуру доставали окольными путями. Квартирники конца восьмидесятых помнят до сих пор: Цой и Каспарян иногда заходили просто послушать. Потом пришла «перестройка», залы побольше, но интонация осталась той же. Сегодня Григорян продолжает выпускать пластинки и играть. Состав менялся десятки раз, название — ни разу. «Крематорий» до сих пор звучит так, будто его записали в чужой квартире на чужой аппаратуре и сразу пустили по рукам. И это до сих пор работает. Подпишись на мой канал в МАХ тут https://max.ru/channel_nashrock