— Иногда материнская песня успокаивает этот голод. Иногда объятия. Иногда присутствие ч...
— Иногда материнская песня успокаивает этот голод. Иногда объятия. Иногда присутствие человека, рядом с которым не нужно ничего доказывать. На мгновение мы словно вспоминаем то состояние, из которого когда-то пришли. Он раскрыл ладонь. — Но полностью избавить нас от этого голода никто другой не может. Во дворе стало совсем тихо. — И когда мы становимся взрослыми, — продолжил Насиб, — начинается следующая странность. Мы обнаруживаем в себе этого жадного, испуганного ребёнка и начинаем его стыдиться. Мы хотим стать духовными, бескорыстными, правильными. Начинаем бороться со своими желаниями, осуждать свою жадность, запрещать себе хотеть. Он покачал головой. — Мы пытаемся избавиться от того, кого когда-то уже бросили. Матери, сидевшие во дворе, почти одновременно прижали детей к себе крепче. Насиб заметил это и улыбнулся. — Но главный секрет не в том, чтобы победить этого маленького, напуганного и голодного ребёнка. Он коснулся рукой груди. — Главный секрет в том, чтобы однажды полюбить его. Не исправить. Не накормить всем миром. Не заставить замолчать. А перестать от него убегать. Долго никто ничего не говорил. Наконец молодой мужчина спросил: — Но как полюбить его? Насиб рассмеялся. — Откуда мне знать? Люди тоже засмеялись. Мужчина растерялся: — Но разве не к тебе мы приходим за ответами? — За ответами, — согласился Насиб. — Но не за инструкциями. Он немного помолчал, а потом продолжил: — Мой учитель говорил мне: в поисках истины ищи ответ на вопрос «что?» или «кто?». А когда спрашиваешь «как?», будь осторожен. — Почему? — Потому что ответ на вопрос «как?» всегда рождается из твоего опыта. Пока ты проживаешь его, он живой. Но стоит тебе рассказать его другому как единственно верный путь, и он превращается в концепцию. Насиб указал рукой на пустой центр двора. — Когда-то человеку, чтобы молиться, не нужны были храмы. Ему хватало пространства. Над головой было небо, под ногами земля, вокруг ветер. И этого было достаточно. Он поднял взгляд к звёздам, которые уже начинали появляться над крышами. — Потом люди решили помочь Богу и построили вокруг этого пространства стены. Кто-то тихо рассмеялся. — Сначала из храма ушёл ветер, — продолжил Насиб. — А потом люди стали жаловаться, что не чувствуют Духа. Он снова посмотрел на пустое место посреди двора. — Так же и с умом. Ум изначально подобен пространству. Опыт — это твоя жизнь. А бесконечные ответы на вопрос «как?» постепенно становятся стенами, которыми ты окружаешь то, что хотел познать. Молодой мужчина всё ещё ждал продолжения. — Значит, ты не скажешь мне, как полюбить этого ребёнка? — Нет. — Почему? Насиб улыбнулся. — Потому что тогда ты будешь любить его так, как сказал тебе я. Он взял из общей чаши фисташку, раскрыл скорлупу и съел орех. — А тебе придётся узнать, как любишь именно ты. Ветер снова прошёл через виноградную лозу. Листья зашелестели над головами людей, и на мгновение всем показалось, будто пустое пространство в центре двора стало ещё больше. Никто не спешил его заполнять. И, возможно, именно поэтому в тот вечер каждый унёс из дома Насиба что-то своё. Не ответ. А место, в котором он однажды мог появиться. Сергей Насибян терапия Жизни и Бизнеса🍀
Канал в каталоге Максиметера
28 подписчиков · Бизнес