Макар тяжело дыша, сел на диван, ему больно видеть жену в таком состоянии, но и подойт... — 22 июля 2026 г. в 06:37:44.021
Макар тяжело дыша, сел на диван, ему больно видеть жену в таком состоянии, но и подойти к ней он не решался. Сказать ему нечего - оправдываться бесполезно. Через несколько минут он встал, пошёл в спальню, оделся, как попало, накидал в свой небольшой чемодан первую попавшуюся одежду и уже собирался уходить. - Ты к ней? – решительно встала Марина в дверях, она так изменилась за несколько минут, морщины, глубокие морщины резко проявлялись на лице. – Давно это у вас? Он молчал, пытаясь закрыть чемодан. - Не молчи, - взвизгнула она. - Два года, - соврал он. - Ублюдок! По тебе тюрьма плачет… Как же ты будешь смотреть в глаза детям? Её родителям… Это же такая низость, - хрипела Марина, -Макар?! Как ты мог? Боже мой! Это такая подлость. Он не смел взглянуть на неё, даже пройти мимо неё, чтобы выйти из комнаты было страшно, он чувствовал её душераздирающую боль. - Марин… прости! – он всё-таки прошёл мимо и направился к выходу. - Если ты сейчас уйдёшь, - бежала она за ним, - я никогда тебя не прощу! Я не пущу тебя на порог! Дети тебя возненавидят. Макар, не уходи!!! Макар я тебя ненавижу, - она била его кулаками в грудь, - Макар! Макар, что же ты наделал… Не уходи не бросай меня! – слёзы прорвались наружу, она билась в истерике, задыхаясь от собственных слов, - я всё… Андрею! Он… ненавижу тебя, он… проклянёт… Макар, если ты… - Прости. Дверь захлопнулась за ним. Марина дрожала всем телом, она крепко, крепко зажмурилась и поплыла… Очнулась, когда отгремели праздничные салюты, она не помнила, как дошла до дивана, но сейчас она здесь… Телефон разрывался на полу, в квартире пахло горелым и что-то противно пикало на кухне, в её навороченной духовке сработал датчик, она выключилась, когда от кролика остались одни угольки. Марине плевать, она будто по чужой квартире ходила… это всё не её, и жизнь чужая. Она открыла бутылку вина на столе и начала вливать в себя содержимое прямо из горла. Опомнилась к полудню… Голова не болела, ничего не болело, пустота, бардак, ужас произошедшего снова догнал её. Марина вспомнила о детях, начала искать телефон, он так и валялся на полу разряженный, безжизненный. Они наверняка подняли панику и уже летели домой, мама ведь всегда берёт трубку. Она с трудом отыскала зарядку, трубка ожила минут через десять. И посыпались сообщения, поздравления, открытки, голосовые. Олег звонил всего два раза, первый без десяти двенадцать, второй, в час ночи. Степан ограничился голосовым, никому она не нужна, у всех своя жизнь… Папа звонил, в одиннадцать, наверное, хотел поздравить, Макар позвонил поутру, зачем? Узнать жива ли она? Марина швырнула телефон об стену, жаль, что он не разлетелся… Первого января она провалялась на диване в большой квартире, всеми забытая, душою разбитая. Ни есть, ни пить не хотелось, даже душ принять она была не в состоянии. Пару раз кто-то постучал в дверь, наверное, соседи хотели поздравить, Марина отлично ладила со всеми на этаже. Ночью она бродила по квартире с бутылкой вина, потом шампанское, напитки мужа из бара… Она рассматривала каждую мелочь в каждой комнате, будто в музей пришла посмотреть со стороны на свою жизнь. Изрядно набравшись она звонила мужу, сколько раз? Не помнит. Он ни разу не взял трубку. Снова пришла в себя на следующий день, голова раскалывалась, но она чётко знала, что сегодня сделает. Марина приняла душ, постаралась привести себя в порядок, лицо в зеркале ужасало. Плевать… Выпив кофе покрепче, она набрала старой подруге. - Алён нам надо встретится, - отчеканила Марина. - Привет, Мариночка! – лился из трубки радостный и счастливый голос, - с Новым годом, дорогая! Всех благ, мы как раз собирались с Андреем заехать к вам не сегодня, завтра. Честно говоря, не отхожу от стола, гости приезжают одни за другими, может, лучше вы к нам с Макаром, Андрей очень обрадуется… - Ты можешь замолчать, - вскипела Марина, - извини… и тебя… вас… Нет, я не могу, давай встретимся где-нибудь, сейчас же. - Ты в порядке? Ты меня пугаешь… - Прямо сейчас!