Трагедия в Тегеране могла сломать шестнадцатилетнюю вдову. Общество, привыкшее к легким...
Трагедия в Тегеране могла сломать шестнадцатилетнюю вдову. Общество, привыкшее к легким утешениям, ждало от неё вполне понятного сценария: поплакать год-другой, снять черную вуаль, принять предложение одного из богатых кавказских князей или блестящих петербургских генералов и зажить «нормальной светской жизнью». Но Нино Чавчавадзе выбрала путь, который превратил её имя в легенду. Она отказалась играть по правилам житейских компромиссов. Грибоедов ещё при жизни, глядя на Тбилиси с высоты монастыря Святого Давида на горе Мтацминда, однажды сказал Нино: «Если со мной что-то случится, похорони меня здесь. Отсюда виден весь наш город». Нино добилась разрешения похоронить останки мужа именно там, в скальном гроте над обрывом. Нино заказала в Петербурге у скульптора Кампиони надгробный памятник: фигуру коленопреклоненной плачущей женщины у подножия Распятия. И продиктовала слова, которые были высечены на бронзовой плите - слова, ставшие самой пронзительной эпитафией в истории русской словесности: «Ум и дела твои бессмертны в памяти русской, но для чего пережила тебя любовь моя!» Нино оставалась ослепительно красивой. Её благородная стать, огромные печальные глаза и черное шелковое платье сводили с ума лучших мужчин эпохи. К ней сватались герои войн, наместники Кавказа (включая всесильного генерала Николая Муравьева-Карсского, влюбленного в неё безответно годами), знатнейшие дворяне. Она не устраивала сцен, не читала нотаций - она отказывала всем с безупречной, ледяной кротостью. За эту несокрушимую верность народ с благоговением прозвал её «Чёрной розой Тифлиса». Нино не заперлась в четырех стенах. Она не стала упиваться своим горем. Все свои силы, деньги и влияние она отдала людям: помогала сиротам, выкупала долги бедняков, поддерживала сестер и племянников. В 1857 году в Тифлисе вспыхнула страшная эпидемия холеры. Богатые горожане и знать в панике бежали из зараженного города. 45-летняя Нино осталась. Заразившись смертельной болезнью, она отказалась от жалоб, исповедалась и тихо ушла из жизни с улыбкой облегчения на губах. Её похоронили рядом с Александром. Спустя 28 лет тяжелейшей земной разлуки они снова были вместе над вечным городом. Нино Чавчавадзе и Александр Грибоедов. Финал. 1. Тифлис. Церковь Святого Давида и гробница А. С. Грибоедова. Конец XIX века 2. Грот с могилами А. С. Грибоедова и Нино Чавчавадзе на горе Мтацминда. 3. Надгробный памятник на горе А. С. Грибоедова. #дляочереди Не леди Диана