Студия как алтарь: почему Бэкону нужен был хаос, чтобы творить.
Студия как алтарь: почему Бэкону нужен был хаос, чтобы творить. «Хаос рождает порядок. Если бы в моей студии было прибрано, я бы не смог написать ни одной строчки краской». 10 дней с гением. День 9. Мастерская Бэкона находилась в лондонской конюшне в Южном Кенсингтоне. В фильме «Любовь - это дьявол» её часто показывают: крошечная, захламленная комната размером четыре на шесть метров, где художник прожил и проработал более тридцати лет. Обыватель, зайдя туда, пришел бы в ужас: горы разорванных фотографий, пустые коробки, банки с краской, обрывки холстов и стены, сплошь покрытые разноцветными пятнами, которые он использовал вместо палитры. При этом Бэкон был мультимиллионером. Он мог купить себе огромный замок в Шотландии или стерильный пентхаус в Нью-Йорке с панорамными окнами. Но он до конца жизни оставался в своей крошечной, душной мастерской, где висел тяжелый запах растворителя, сигаретного дыма и пота. Когда Бэкон умер, его наследник Джон Эдвардс подарил студию Художественной галерее Хью Лейн в Дублине. Археологи и реставраторы совершили беспрецедентный шаг: они задокументировали положение каждого из 7000 предметов (включая книги, фотографии, обрезки журналов и даже вековую пыль на полу), аккуратно упаковали их и воссоздали студию в Дублине в первозданном виде. Зачем? Потому что этот хаос был трехмерной картой его мозга. Бэкон никогда не пользовался деревянными палитрами. Он смешивал краски, вытирал кисти и тестировал оттенки прямо на стенах и дверях своей студии. Эти стены превратились в самостоятельные абстрактные шедевры - наслоения тридцатилетней боли и поиска цвета. Его студия была алтарем, а его храмом вне дома был закрытый клуб Colony Room в Сохо. Там правила безумная Мюриэл Белчер, которая встречала Бэкона криком: «Привет, сучка!», там пил до беспамятства Люсьен Фрейд, там фотограф Джон Дикин делал те самые резкие, безжалостные портреты моделей, которые Бэкон потом приносил в студию и заляпывал краской. Это был круг людей, которые отказались от приличий ради свободы быть настоящими. Мы часто блокируем себя, потому что ждем идеальных условий. Но Бэкон кричит из своей захламленной конуры: «Идеальные условия - это смерть для искусства!» Не стоит пытаться сделать свою жизнь стерильной и прибранной, ведь она не выставочный зал. Лучше выработать навык творить прямо посреди этого хаоса. Не стоит ждать идеального момента. Его попросту не существует. Бэкон брал грязную тряпку, макал её в дорогую краску и швырял в холст, получая шедевр, который стоил миллионы. Бэкон не размышлял на тему «а смогу ли я?», он поселился в крошечной конюшне и переписал историю искусства. Не леди Диана