Самые дорогие тайны Российской империи порой умещаются на ладони. В октябре 2015 года н...
Самые дорогие тайны Российской империи порой умещаются на ладони. В октябре 2015 года на торгах швейцарского дома Sincona произошёл настоящий фурор: из знаменитой коллекции графа Ивана Толстого на свет извлекли павловский ефимок 1798 года. За эту редчайшую российскую монету развернулась серьёзная борьба. Итог превзошёл все ожидания — лот ушёл с молотка за 1,5 миллиона швейцарских франков, что по курсу того времени соответствовало примерно 95 миллионам рублей. Парадокс заключается в том, что этой монеты фактически никогда не существовало в денежном обращении. Её создали, испытали и почти подготовили к большой финансовой игре, но до кошельков купцов и банковских контор она так и не добралась. Чтобы понять, зачем вообще понадобился ефимок, нужно вернуться в последние годы 18 века. После восшествия на престол Павла I Россия активно торговала с Европой, а главным международным серебряным номиналом оставался талер. В России его давно знали под названием «ефимок» — словом, происходящим от названия богемского города Иоахимсталь, где когда-то начали чеканить первые талеры. Павел I и его финансовое окружение стремились приблизить русский серебряный рубль к международным торговым стандартам. В 1796 году начался выпуск тяжёлого рубля, параметры которого были максимально приближены к популярному тогда альбертусталеру. Однако эксперимент быстро выявил свои слабые стороны. Государству приходилось закупать иностранные талеры для переплавки, а близость нового рубля к европейскому стандарту создавала возможности для арбитражных операций и вызывала опасения оттока серебра за границу. Уже в октябре 1797 года император отказался от реформы и вернул прежний рублёвый стандарт с содержанием 18 граммов чистого серебра. Но идея не умерла. В 1798 году на Санкт-Петербургском монетном дворе отчеканили пробные ефимки — монеты, ориентированные прежде всего на внешнюю торговлю. Само название прямо указывало на связь с европейским талером, а вес и проба были максимально приближены к его стандартам. Для своего времени монета выглядела необычно. Исследователям известно несколько вариантов аверса, реверса и гурта. На отдельных экземплярах использовали широкий выпуклый кант, а на гурте применялись сочетания выпуклых и углублённых надписей — весьма сложное для конца 18 века техническое решение. Но дальше пробной чеканки проект не продвинулся. Точные причины отказа до сих пор обсуждаются. Среди вероятных факторов называют нестабильность европейского денежного рынка, военно-политические потрясения и свежую память о неудаче реформы 1796 года. Некоторые исследователи видят в этом проекте предшественника более поздних русско-польских монет двойного номинала «1,5 рубля — 10 злотых» и знаменитых полуторарублёвиков 19 века. В результате павловский ефимок вошёл в число крупнейших редкостей отечественной нумизматики. Сегодня специалистам известно лишь несколько подлинных экземпляров. Часть из них хранится в Государственном Эрмитаже, Государственном историческом музее и крупнейших частных собраниях. Любой выход такой монеты на открытый рынок становится событием мирового масштаба. Самое удивительное в другом. Павловский ефимок никогда не звенел на ярмарках, им не платили жалование и не прятали в кубышках. Но эта серебряная монета сохранила память о попытке Российской империи встроить свою денежную систему в европейское торговое пространство. Порой несостоявшиеся проекты оказываются куда интереснее успешных. Если в вашей коллекции есть редкие монеты Российской империи, присылайте фотографии. Многие важные детали скрываются в разновидностях штемпелей, гуртовых надписях и особенностях чеканки, которые сложно определить без профессиональной атрибуции. Нумизматическое общество «Неразменный рубль» поможет установить их подлинную историческую и рыночную стоимость.