Лина жила в башне. Не в дворце — в башне, на краю города, высокой, узкой, с окном на за... — 29 сентября 2026 г. в 19:22:15.130
Лина жила в башне. Не в дворце — в башне, на краю города, высокой, узкой, с окном на запад, откуда она видела равнину Эалор, где всё решилось. Она держала меч — не Рассвет, тот был мёртв, обломки лежали в шкатулке из чёрного дерева, и Лина иногда открывала шкатулку и смотрела, и свет в обломках не горел. Новый меч — тёмный, из металла, что ковали кузнецы тёмного королевства, крепче стали, тише железа, без имени, без истории. Она дала ему имя — Закат. Потому что рассвет был, и рассвет кончился, и теперь — закат, и закат тоже свет, только последний. Повелитель жил — где? Лина не знала. Он появлялся — на совете, на смотру, на стене, где стоял и смотрел на запад, на то, что было за горизонтом. Появлялся и исчезал. Не прятался — просто был и не был, как тень, что ложится на землю, когда светит солнце, и уходит, когда солнце садится. Никто не знал, где он спит — спит ли. Ест ли. Человеческое ли он. Лина думала — не человеческое. Но и не божественное. Боги — были. Элариэль — была. Он — не был. Он был — новым. Или очень древним. Или тем, что между. Часть V. Война на границах Вести о падении Аэлории разнеслись по миру — как пожар по сухому лесу. И мир — откликнулся. Соседние королевства — Веридия на востоке, Моркант на юге, Лесные кланы на севере — испугались. Страх — плохой советник, но хороший союзник. Три королевства, что сто лет не доверяли друг другу, что воевали, что шпионили, что предавали, — объединились. За один сезон. Рекорд, что запомнили летописцы. Объединились — против тьмы, что пришла с запада, против того, кто отнял свет у Аэлории, против Повелителя, чьё имя не знали, но чью силу — боялись. Армия союзников была — сорок тысяч. Два короля, один князь кланов, тридцать магов, дракон — да, дракон, последний из Лесных кланов, древний, зелёный, с чешуёй, что держала catapult stones и магию, с дыханием, что плавило камень. Сорок тысяч против десяти — и дракон против одного. Лина узнала первой. Разведка — её разведка, тёмная, тихая, невидимая, лучше, чем у Аэлории, потому что без света легче прятаться, — доложила: идут. С востока и юга. Двумя колоннами. Скоро. Она стояла в зале совета — тёмном, без окон, с единственным факелом, что горел тёмным пламенем, — и говорила: — Сорок тысяч. Дракон. Тридцать магов. Мы — десять. Без магов. Без дракона. Без света. — Этого довольно, — сказал Повелитель. — Не довольно. Это — мало. Это — смерть. — Смерть — не мало. Смерть — много, если её правильно использовать. Лина посмотрела на него. И — впервые — усмехнулась. — Ты говоришь загадками. Я говорю мечом. Дай мне меч — и я решу. — Ты уже решаешь, — сказал он. — Ты — моя правая рука. Решай. Она решила. Битва при Чёрной реке — так её назвали потом, потому что река, что текла на границе Аэлории и Веридии, была чёрной — не от грязи, от того, что тьма Повелителя дошла и сюда, и вода потемнела, как чай, что слишком долго заваривали. На этой реке — встретились. Лина разделила армию. Пять тысяч — на южном берегу, открыто, в боевом порядке, с тёмными стягами и тёмными доспехами. Пять — в лесу, на холмах, скрытые, с приказом ждать сигнала. Сигнал — она сама. Когда она поднимет меч — ударить. Союзники подошли — уверенные, сильные, втрое превосходящие. Король Веридии — Гаральд, старый, седой, в синем плаще, с боевым топором, что держал в руках сорок лет, — вышел вперёд и крикнул: — Тьма! Верните свет, что вы украли, и мы уйдём! Лина стояла на берегу, в чёрных доспехах, с Закатом в руке, и ждала. — Мы ничего не крали, — сказала она. — Свет ушёл. Идите домой. — Ты — принцесса Аэлории! — крикнул Гаральд. — Ты — свет! Как ты стоишь с тьмой? — Я стою с теми, кого выбрала, — ответила Лина. — Свет, что вы ищете, — мёртв. Рассвет расколот. Идите домой, Гаральд. Здесь ничего нет для вас. Гаральд не пошёл домой. Он ударил.