Я своим ученикам разрешаю многое, но я им обозначаю границы: здесь «взорвется», здесь «...
Я своим ученикам разрешаю многое, но я им обозначаю границы: здесь «взорвется», здесь «убьет», здесь «обрыв», а все остальное – можно. Но вот переходить эту грань нельзя. И, да, бывает прикрикну на них, но кричат всегда и везде – это нормально. Поймите, когда тебя не ругают – ты никому не нужен, значит, тебя не учитывают. Раз кричат, значит, ты в игре, когда не кричат – «собирай манатки». Меня раздражает, что я теряю время, работая с «простым материалом». Я стараюсь этого не делать. Когда я понимаю, что этот «материал» не тянет до моего уровня, я его сразу от себя отдаляю, мне это не надо. Я говорю абсолютно честно всем, я никогда не возьму «материал», на который не рассчитываю, и потому у меня нет промахов. Любой ребенок, которого я вел наверх, они «выстрелили» все. У меня нет промахов, потому что я занимаюсь своей профессией. Если бы я был начальник какого-нибудь летного училища и рассказывал вам байки, то, конечно, это была бы ерунда, я в этом ничего не понимаю и вряд ли бы понял, хотя, наверное, через какое-то время начал бы разбираться. Но вот что касается балета, то не надо меня этому учить. Я не знаю людей, кто сможет так же.