Церковь пытается в наше сердце вложить мысль о спасительности Креста и спасительности с...
Церковь пытается в наше сердце вложить мысль о спасительности Креста и спасительности страданий. Господь взошел на небо через Крест, и христианин восходит на небо только через несение креста. Страдания есть благо, утверждает Церковь. Поэтому если мы пребываем в страданиях, в скорби, в какой-то душевной сумятице, в отчаянии и обращаемся с молитвой к Богу, то эта молитва должна быть не о том, чтобы Господь нас избавил. Многие смущаются тем, что церковная молитва содержит прошение «избавитися нам от всякия скорби». Но речь здесь идет вовсе не о том, чтобы нас избавить от креста – а от нашего неправильного отношения к скорби, потому что человек правильно, по-христиански устроенный скорби не имеет, независимо от того, страждет ли его тело, или он брошен, или он хочет есть или пить, или у него какие-то тяжелые обстоятельства. Такой человек переносит скорбные страдания с благодушием, а святые – даже с радостью. Они скорбят лишь о своем несовершенстве. Кто-то скажет: но Христос же скорбел? Да, Христос скорбел, и Матерь Божия скорбела, и скорбели многие святые и сейчас скорбят. Какая же скорбь в христианском сердце Богу угодна? Только одна – скорбь сострадания, когда сердце, видя страдания других, состраждет им; состраждет, видя, что ближний уклоняется от истинного пути, уклоняется от креста. И зрение этого, конечно, трудно переносимо, без скорби это видеть невозможно. Каждый из нас по опыту знает, что страдания наших детей приносят нам больше муки, чем наши собственные, и многие матери согласились сами бы страдать, только бы не страдали их дети – именно потому, что сострадание приносит скорбь большую. Поэтому скорбь – естественное свойство нашей души, но мы, извращенные грехом, потерявшие способность на любовь, которая извратилась у нас в самолюбие, начинаем скорбеть от тех невзгод, которые случаются с нами, а это не есть христианская скорбь. И Господь, взойдя на Крест, скорбь нашу, от наших грехов содеянную, пригвоздил ко Кресту и тем дал знак, что мы можем очиститься от греха через скорби, неся свой крест и следуя заповедям Христовым. Почему же Крест Господень имеет такую ужасающую силу для всей бесовской, демонской рати? Почему, когда нас осаждают какие-то помыслы, навязчивые мысли, идеи или еще какие-нибудь искушения, достаточно спокойно, с верою осенить себя крестным знамением – и наш ум освобождается, дьявол отходит? Почему крестное знамение, как огнем, сжигает всякое бесовское наваждение? В чем здесь тайна? Почему дьявол не может видеть крестного знамения и постоянно хочет его каким-то образом уничтожить? Потому что Крест напоминает сатане и его приспешникам о величайшей силе смирения Божества. Дьявол отпал от Бога гордостью. Господь победил дьявола Своим смирением. Смирение невыносимо для сатаны, поэтому ему невыносим и вид Креста – этого величайшего проявления смирения Господа нашего Иисуса Христа. Только представим, как Он смирил Себя – начиная от рождения и кончая Голгофой это был путь величайшего смирения. Ведь Он был Богом, одного слова Его было бы достаточно, чтобы эта земля исчезла и возникла новая; другого слова – чтобы возник новый Адам, новый человек, и всю историю Вселенной можно было начать сначала. Но Господь этого не сделал. Он пришел, из Вседержителя стал человеком, маленьким ребеночком родился в мир, был гоним, поруган, непонимаем, был предан, оплеван, избит, убит, наконец. Какое величайшее смирение! Какой Он показывает нам путь! Какое указывает спасительное средство для победы над дьяволом! Основная причина всех наших грехов, основная причина того, что мы Бога не видим, что мы плохо переносим скорби, что мы привязаны к миру, привязаны к плоти, к еде, к одежде и прочей чепухе и только иногда и как-то не в полную силу у нас возникает желание Царствия Небесного, – основная причина этого наша гордость и отсутствие в нас смирения. И преуспеяние в смирении, собственно, и есть спасение души, потому что смирение – основное свойство Христовой души. А то, что в нашей жизни идет против смирения, – это есть шествие против