мире между современниками. Для этой цели они употребляют и наставления свои, и насмешки...
мире между современниками. Для этой цели они употребляют и наставления свои, и насмешки над нашей верой. Подсознательно сами боясь будущего, они внушают простецам в вере, а главное, чтобы убедить и самих себя, что со смертью все кончится – не будет ни загробной жизни, ни воскресения мертвых, – не будет ни рая, ни ада. В предостережение от доверия басням неверующих и для укрепления нас в правой вере и доброй жизни я расскажу вам пример из жизни людей современных нам как доказательства истин, возвещаемых нам Священным Писанием. Это произошло в начале двадцатого века. Сын одного знаменитого человека вошел в близкое знакомство со сверстником, ведущим рассеянный образ жизни. Незаметно для себя юноши преступили порог дозволенного и, как говорят, пустились во вся тяжкая, утратив не только благоговение к святыне, но отмели само понятие о чести и долге. Осмеивая, как им казалось, мракобесие и безумие веры даже своих близких и родных, они дошли до полного отрицания веры и бессмертия души. Понятие о рае и аде стало для них поводом для злого кощунства. И чем чаще они обращались к этой теме, тем беспокойнее становилось на душе у обоих. Желая освободиться от навязчивых неприятных дум, они дали друг другу клятвенное обещание по смерти одного из них поделиться с другом опытом своей загробной жизни. В своем кощунстве друзья зашли так далеко, что написали клятву, заверив ее своей кровью. Прошло малое время, которое они проводили в пороках, и чаша грехов одного из них переполнилась настолько, что возмездие пришло к нему неожиданной смертью. А дальше приведу полностью рассказ оставшегося в живых. «В одну ночь, сидя в своей комнате, я перебирал бумаги и неожиданно обрел то кровавое рукописание – клятву. Тяжелые воспоминания недавнего прошлого овладели мной. И в ту самую минуту меня освятило пламя, в котором я увидел образ моего умершего друга. С ужасом вскочил я и хотел бежать, но был остановлен словами: я пришел исполнить священный обет, утвержденный моею кровью; знай, что есть ад, страшный ад развратителям, ад притеснителям невинности, есть ад безбожникам!.. Слова-стенания мой несчастный друг произнес таким страшным голосом, что я, упав на колени и подняв руки к небу, восклицал: Господи, Господи! Милостив буди мне, грешному! В одну минуту предстали предо мной наши деяния, и оценка их совершилась в душе моей. Вопли услышали, в комнату ко мне вбежал слуга. Он увидел меня от ужаса лежащим на полу, а стол, на который опирался рукой друг мой, пылал огнем. Слуга бросился тушить его, но я закричал ему: не тронь! Это адское пламя! Но он, перекрестившись, затушил огонь. Отпечаток же пламенной ладони оставался зримым, изгладить его было невозможно. Так он и остался». После такого вразумления душа юноши, бывшего кощунника, преобразилась, его жизнь изменилась, покаянные чувства и чувство благодарности к милости Божией, воскресившей его душу ранее смерти, он пронес до конца дней. Перед нами тысячелетняя история христианства, перед нами опыт жизни многих святых и грешных, так будем же помнить и мы, что жить нам предстоит вечно. Будем чаще приводить себе на память слова Христа, обращенные к человечеству: «Еще ли не понимаете и не разумеете? Еще ли окаменено у вас сердце? Имея очи, не видите? Имея уши, не слышите? И не понимаете?» (Мк. 8 : 17) Други наши, дай Бог, чтобы примеры и опыт других научали нас не дожидаться страшных вразумлений. Пробудимся от сна греховного пониманием и осознанием, как бедственно и неразумно человеку отлагать свое спасение, как опасно начинать думы о приближающейся вечности только в старости и как тщетна может быть надежда, что мы еще успеем покаяться прежде смерти. И вера, живая вера, о которой нам постоянно напоминает Христос, убеждением нашего разума и опытом сердца станет для нас путеводителем по жизни нашей. Сама жизнь свидетельствует, что земная жизнь наша есть время воспитания души и приготовления к вечности. Мы все Божиим определением предназначены к жизни вечной. Не будем, дорогие мои, столь драгоценное и единственное