О женщинах, следовавших за Иисусом
О женщинах, следовавших за Иисусом Лк.8:1–3 Кол.1:1–2,7–11 Сегодня узнаем, что кроме прочих учеников, за Господом следовали некоторые женщины. Евангелист Лука разделяет их на две категории. К первой относятся те, «которых Он исцелил от злых духов и болезней: Мария, называемая Магдалиною, из которой вышло семь бесов, и Иоанна, жена Хузы, домоправителя Иродова, и Сусанна» (Лк.8:2–3). А ко второй – «многие другие, которые служили Ему имением своим». Очевидно, среди этих последних, свободно посвятивших себя Господу, и – Пресвятая Дева Мария, и ее родственница Саломия, мать апостолов Иакова и Иоанна. Из первой категории – жестоко страдавших и исцеленных – о Сусанне нам ничего не известно. Но о Иоанне говорится, что она была женой царского домоправителя. Если учесть, что женщина всецело зависела сначала от отца, потом от мужа, встает вопрос – как же они смогли оставить мужей, и как мужья отпустили их? Может быть чьи-то мужья тоже были в числе учеников Христовых. А может быть исцеленные женщины некогда были столь тяжко больны, столь безнадежно одержимы, что между ними и их родственниками поднялась стена отчужденности. Как и в отношении Гадаринского бесноватого не говорится ни о его роде, ни о его близких, а лишь о том ужасе, который он наводил на всех. Когда же пришедшие к морю увидели, что он «сидит и одет, и в здравом уме», они «устрашились» (Мк.5:15), наверное, не менее, чем его прошлыми дикими воплями. Он никому уже не был нужен, и только просил Иисуса, «чтобы быть с Ним» (Мк.5:18). Так, может быть, и исцеленные женщины. Пережив первую остроту несчастья, близкие отчаялись видеть в них человеческий облик, – как постепенно успокаиваются об умерших. И поэтому когда Господь очистил и исцелил их, – им ничего не оставалось, и ничто не препятствовало следовать за Иисусом. Но более всех в Евангелии говорится о Марии Магдалине. Некоторые предполагают, что она была та самая грешница, которая в доме фарисея омыла Иисусу Христу ноги своими слезами, отерла волосами и помазала миром. Но скорее можно предположить, что именно Мария Магдалина однажды воскликнула: «Блаженно чрево, носившее Тебя, и сосцы, Тебя питавшие!» Только что Господь рассказал притчу, как изгнанный бес «берет с собою семь других духов, злейших себя», и возвращается в прежний дом, если он не занят, «и бывает для человека того последнее хуже первого» (Лк.11:21–27). Может быть, Мария, из которой тоже, как сказано, было изгнано семь бесов, увидела в этой притче историю своей жизни, и вновь выразила благодарность Господу Иисусу за избавление от той беды, в которую впала по легкомыслию. Потом Мария вместе с Пресвятой Девой стояла у Креста. Вместе с другими мироносицами она «зело рано» пришла ко гробу. Евангелист Иоанн передает очень короткий, но очень сильный и трогательный диалог, когда Мария вошла в опустевший после Воскресения гроб. Она увидела Иисуса стоящего, но не узнала Его. «Иисус говорит ей: жено! что ты плачешь? кого ищешь? Она, думая, что это садовник, говорит Ему: господин! если ты вынес Его, скажи мне, где ты положил Его, и я возьму Его. Иисус говорит ей: Мария! Она, обратившись, говорит Ему: Раввуни! – что значит: Учитель!» (Ин.20:11–16).. О дальнейшей жизни Марии Магдалины предание говорит, что она, разделяя с Апостолами труды, благовествовала в Риме императору Тиберию, и Церковь именует ее не только «мироносицей», но и – «равноапостольной». На иконах она изображается с красным пасхальным яйцом в руке. По преданию, когда Тиберий, слушая Марию, усомнился в возможности воскресения мертвых, она и показала ему яйцо. Во внешней окаменелости – торжество смерти, но внутри – кроется жизнь, которая неотвратимо разрушит окаменелость, когда придет время. И это всем известно. Но всем нам должно быть столь же несомненно известно, что та же жизнь кроется и за человеческим безумием, и за бесовской одержимостью, и за разъедающей человека проказой, и за многим, чего гнушаются и от чего отвращаются люди.