Даже на восьмом месяце беременности моя дочь продолжала курить, пить пиво и пропадать п...
Даже на восьмом месяце беременности моя дочь продолжала курить, пить пиво и пропадать по ночам, повторяя: «Я никогда не хотела этого ребёнка и не собираюсь жертвовать ради него своей жизнью!» Я думала, что моя дочь превратилась в чудовище. Однажды ночью я проследила за ней до заброшенного здания. Но когда я заглянула в окно и увидела, что она делает внутри, я застыла от ужаса… Меня зовут Мария, мне 56 лет, а моей единственной дочери Анастасии — 27. До прошлого года Анастасия была жизнерадостной, независимой и полной энергии молодой женщиной. Она работала в салоне красоты, обожала путешествовать с подругами и всегда повторяла, что не собирается становиться матерью раньше тридцати пяти лет. Но всё изменилось, когда она познакомилась с Дмитрием, мужчиной 39 лет. Дмитрий был сыном одного из самых влиятельных бизнесменов нашего города. Сначала он осыпал Анастасию подарками и помогал ей финансово. Но постепенно начал контролировать каждый её шаг. Когда Анастасия захотела уйти от него, Дмитрий пригрозил опубликовать её личные фотографии и разрушить её профессиональную репутацию. Позже дочь призналась мне, что Дмитрий принуждал её к интимной близости против её воли, не считаясь с её отказом. После того как Анастасия узнала о своей беременности, она словно превратилась в совершенно другого человека. Она отказалась переезжать к Дмитрию и полностью прекратила с ним общение. Но при этом она не проявляла никакой любви к своему будущему ребёнку. Каждый день я видела, как моя дочь стояла на балконе с бутылкой пива в одной руке и сигаретой в другой. — Настя, ты ждёшь ребёнка! Как ты можешь так себя вести? Она даже не оборачивалась. — Мама, я никогда не просила становиться матерью. То, что кто-то сделал что-то с моим телом, не означает, что я обязана любить то, что мне пришлось пережить. Её слова разбивали мне сердце. Однажды ночью дочь вернулась домой в четыре часа утра. Её обувь была покрыта грязью, руки дрожали, а на белой футболке виднелись красные пятна. Я была в ужасе. — Где ты была? — Не задавай вопросов. В течение следующей недели она исчезала ещё три раза. Каждый раз она возвращалась совершенно измотанной, но в её глазах горел какой-то странный огонь решимости. Тем временем я также заметила, что одежда для малыша, которую я купила для своего будущего внука или внучки, исчезла из её комнаты. Наконец, однажды ночью я решила проследить за ней. Анастасия села в такси и отправилась на окраину города, где находился старый родильный дом, закрытый уже много лет назад. Когда она вошла в здание, я осторожно подошла к приоткрытому окну. Изнутри донёсся отчаянный голос женщины. — Настя, так больше продолжаться не может! Если твоя мать узнает, что ты делаешь с этим ребёнком, она никогда тебе этого не простит! Затем я услышала ответ дочери. — Моя мать и так считает меня чудовищем. Пусть и дальше так думает! Главное, чтобы Дмитрий никогда не узнал, кого именно мы пытаемся отсюда вытащить.