После тебя
После тебя Глава 4 Валю трясло так, что пальцы не слушались: она пыталась застегнуть молнию на чемодане, а та будто издевалась — заедала, не сходилась, скользила. Каждая неудачная попытка отзывалась внутри новой волной бессильной ярости пополам с опустошением. В голове стучало: «Собери вещи, просто собери», но руки опускались, а перед глазами всё расплывалось от подступивших слёз. В душе всё кипело от обиды — такой острой, что она почти физически ощущалась, как горячая игла где‑то под рёбрами. Столько лет она верила ему, строила вокруг этой веры свой маленький мир, а теперь он рассыпался, и от него не осталось даже обломков. «Как я могла ничего не замечать, не чувствовать? Как могла быть такой наивной?» И вместе с обидой накатывала усталость, от которой опускались плечи и хотелось просто лечь, закрыть глаза и ни о чём не думать. Но нельзя было позволить себе эту слабость: где‑то внутри уже просыпался упрямый, тихий голос: «Ты справишься. Ты сможешь прекрасно и без него прожить. Сама всё сможешь». Тут же Валя подумала о детях: они вернутся через час. Они не должны увидеть маму сломленной. Валя достала из комода носовой платок и вытерла лицо. В этот момент в дверь спальни постучали, и через секунду туда зашла мама. — Валюша… Вещи его собираешь? — Она посмотрела на чемодан. Валя кивнула. — А что Сергей-то говорит? — спросила Галина, не зная, что ещё сказать. — Мам, я не хочу слушать его и не видеть тоже не хочу, — ответила Валя. — Какая сейчас разница уже, что он говорит? — Всё же у вас двое детей, и не хотел он с тобой разводиться, выходит. Может, с той женщиной и не живёт, помогает только ребёнку. — Мам, ты вот это сейчас к чему? — спросила Валя. — Валь, может, не стоит так вот резко рубить с плеча? Поговорили бы сначала. Понимаю тебя, но одной-то с двумя детьми тяжело тебе будет, тем более что придётся на работу выйти, — ответила Галина. — Мам, ты шутишь? Будучи женатым на мне, он другого ребёнка заделал. О чём ты мне предлагаешь поговорить? И он с ней живёт, с этой Машей. Квартиру ей и сыну купил, как я поняла. Алименты платить он обязан, а работают все и с большим количеством детей, — сказала Валя. — Для детей-то стресс какой. Как им объяснишь? — Как есть. Правду скажу, — Валя не хотела ничего придумывать. — Каково им от этой правды будет, — Галина тяжело вздохнула. — А что ты предлагаешь? Мам, мне сейчас белугой выть хочется, и очень больно, а за детей я больше всего переживаю. Но с Сергеем всё. Я не могу такое проглотить и переварить. Не на помойке себя нашла, — ответила Валя и продолжила складывать вещи мужа в чемодан. ----- Сергей не приехал в свою однокомнатную квартиру, к Маше он тоже не поехал. Нужно было с кем‑то поделиться своими горестями, и он встретился с другом. — Серёга, ну такое рано или поздно всплывает наружу. Ты ещё долго продержался, — сказал тот. — Если бы эта жаба, мать Машки, не нарисовалась бы… Надо ж было так обстоятельствам сложиться, — Сергей тяжело вздохнул и обхватил голову руками. — Что теперь делать думаешь? — спросил друг. — Не знаю я. Валька даже говорить со мной не хочет, завтра собиралась на развод подавать. — Так а с кем ты хочешь остаться? Серёга, ты же понимаешь, что не покатит дальше так, как было? — С семьёй. Особенно после выходки мамашки Маши. — Так покайся перед Валей, пообещай ей… ну, сам знаешь чего. Это сейчас она на эмоциях. А остынет — и простит. Всё же двое детей у вас, и ты их содержишь. А при разводе — делёжка имущества и алименты: не те деньги, на которые можно беззаботно прожить втроём. — Не хочет она говорить. Ещё и детям уже сказала, наверное, о разводе и о моей второй семье. Возненавидят меня теперь. Валя ещё для этого постарается. — Серёга, так а ты хотел-то? Думал, обрадуются тому, что брат у них есть от чужой тёти? — спросил друг. — Не доканывай, а. И так паршиво, — ответил Сергей. Продолжение в 20.00