После тебя
После тебя Продолжение С самого утра погода выдалась тёплая, солнечная — будто октябрь решил напоследок подарить всем кусочек лета. — Сегодняшний день грех не начать с прогулки, — сказал Леонид, когда Валя приехала к нему. — Согласна. Так солнечно… Ириска с нами пойдёт? — спросила она. — С ней мы потом на участке погуляем, — ответил Леонид. Валя улыбнулась зверюшке, которая крутилась возле её ног. — Потерпи, красотка. Чуть позже и тебя ждёт прогулка, — Леонид отнёс Ириску в свою комнату и запер дверь. ***** Дорога вела по просёлочной тропинке, где по обочинам ещё держались последние полевые цветы — скромные ромашки и высокие стебли тысячелистника. Под ногами мягко пружинила сухая трава, а впереди, за невысокими холмами, темнел лес, уже тронутый осенней позолотой. — Знаешь, Валюша, — начал Леонид, шагая рядом и время от времени указывая то на резную осину, то на стайку воробьёв, — в октябре лес совсем другой. Летом он будто прячется в зелени, всё одинаковое, а сейчас каждый куст, каждое дерево — как отдельный персонаж. Валя прислушалась к его словам и вдруг заметила, как свет ложится на землю: косые солнечные лучи пробивались сквозь кроны и рисовали на траве золотистые пятна. Она наклонилась, подняла кленовый лист, ещё тёплый от солнца, и покрутила его в пальцах. — А ещё в октябре, — продолжал Леонид, понизив голос, будто делился тайной, — если встать тихо‑тихо у опушки, можно услышать, как природа готовится ко сну. Не то чтобы она устаёт, нет… скорее, собирается с мыслями. Птицы кричат чуть громче, будто торопятся рассказать друг другу всё, что накопилось за лето, а ветер уже шепчет про снег, хотя до него ещё далеко. Они дошли до небольшого пригорка, откуда открывался вид на долину: внизу петляла речка, берега её уже потемнели от сырости, но вода всё ещё блестела. — Посидим? — спросил Леонид. — С удовольствием, — Валя давно не сидела так просто на берегу, любуясь натюрмортом, который создала природа. Она села на поваленное дерево, вытянула ноги и глубоко вдохнула. Воздух был свежий, с лёгкой дымной ноткой — где‑то неподалёку кто‑то жёг сухие листья. — Когда я был мальчишкой, — вдруг вспомнил Леонид, присаживаясь рядом, — мы с дедом в такие дни ходили собирать грибы. Не ради корзины, а ради самого пути: дед всё время что‑то рассказывал — то про птиц, то про травы, то про старые тропы, которые помнят ещё лошадиные копыта. Я любил его слушать. — А грибы попадались? — спросила Валя. — Конечно. Обычно это были соляники и опята, — ответил Леонид. — Мы тоже ходим за грибами. Три недели назад ходили всей семьёй. Совсем недавно, но тогда всё было по‑другому. Я тогда и представить не могла, как лихо изменится моя жизнь. Леонид сорвал сухую травинку, покрутил её между пальцами и прищурился на солнце. — Мы никогда не знаем, что будет завтра. В лучшие моменты жизни нужно помнить, ведь именно они наполняют её смыслом… Валюша, а что, если нам сейчас пойти за грибами? — предложил вдруг Леонид. — Сейчас? Но у меня нет одежды для леса и резиновых сапог, — ответила Валя. — Это я найду, — Леонид поднялся со скамейки и подал ей руку. — У вас здесь есть какие‑то свои грибные места? — спросила Валя. — Каких‑то особых нет. А то, что про детство говорил, так это не здесь было, а в Брянской области. Но обещаю, что сегодня мы с тобой без урожая не останемся. — Солянушек наберём? — До болотца дойдём, черноголовики там ещё должны быть, — ответил Леонид. ***** В сарае нашлась вполне себе подходящая одежда для Вали и резиновые сапоги почти её размера. Они были немного свободны, но тёплые носки исправили ситуацию. Выйдя за пределы участка, они отправились теперь в другую сторону. — Впервые вижу такой короб, — сказала Валя. На спине у Леонида был плетёный короб, и при этом ещё и корзина в руках. — Неужели вы думаете, что мы так много грибов найдём? — Его я планирую наполнить черноголовиками. Ну а в корзины мы с тобой солянухи наберём.