Красный день календаря
Красный день календаря Сегодня в Томске, на Аллее Строителей открыли памятник Петру Пронягину, легендарному руководителю исчезнувшего ныне гигантского Управления «Химстрой» из закрытого города Северска. Наверно, правильно памятник открыли в Томске: кругом объекты, построенные «пронягинскими»: подземный водозабор, аэропорт, Нефтехим, студенческие городки на Вершинина, Усова, Южной, Дворец Спорта, Облсовпроф, Кардиоцентр, Онкоцентр, Телецентр, Белый дом и главная вишенка на строительном торте Пронягина – Академгородок. Говорят, он отказывался его строить, потому что «Химстрой», крупнейшая за Уралом строительная компания, задыхался от объемов. Но Лигачев правдами и неправдами убедил взяться за еще один масштабный проект. Рассказывают, они были «злейшими друзьями», искры порой летели на совещаниях, но их всегда мирило дело, которое они вместе делали. В Северске оценить масштабы того, что построил Пронягин, чуть сложнее, потому что за 23 года руководства строительной организацией Петр Георгиевич построил в закрытом городе почти всё. Многие производственные объекты и сегодня недоступны для обозрения, а вот Музыкальный театр, «южаковский» Театр для детей и юношества, новые жилые кварталы, начиная от площади Ленина – это дело рук «Химстроя». Шутка ли, но еще в начале 90-ых, в «Химстрое» работало 18 тысяч человек! Нет сегодня таких организаций, таких масштабных строек и такой личности, как Петр Пронягин, тоже нет. Горжусь тем, что приложил руку к одному объекту «Химстроя». В начале второго курса нас не отправили в колхоз, а оставили на остеклении новой оранжереи Ботанического сада ТГУ. Пронягин лично настоял надстроить над старенькой деревянной теплицей, которая помнила еще основателя Ботсада Порфирия Крылова, железную конструкцию 30 метровой высоты. Скелет оранжереи стоял, а мы, студенты, под руководством мастеров, его должны были застеклить с помощью резиновых уплотнителей, алюминиевого штапика и такой-то матери. Толщина уплотнения вместе с герметиком была такова, что штапик с трудом входил в пазы несущих конструкций. А мы еще и торопились страшно, потому что уже намечались первые ночные заморозки, а тропические пальмы, которые выпирали из низенькой теплицы, могли погибнуть. К тому же половина стекол в теплице разбилась при строительстве, да и мы немало деревянных киянок уронили вниз, в зеленые тропические заросли. Впервые держал в руках «болгарку», чудо механизации того времени: нарезал штапик. Многому научил университет. Еще одно прикосновение к Пронягину случилось уже после его смерти в 2021 году. В 2022-ом судьба унесла меня в горы Алтая, в Актру на Альп-Арт фестиваль. Песни пели вечером, а днем развлекались как могли. Вместе с Катей Пронягиной, прекрасной джазовой певицей из Санкт-Петербурга, мы проползли по «Кар Тронова» - это кольцевая виа феррата длиной под километр, стальной трос вдоль отвесной скалы на высоте 2.800 метров. Когда с карабинами, веревками, касками было покончено, мы рухнули с Катей на травку альпийского лужка и я, глядя в алтайское небо, спросил её: - А ты такого Пронягина в Северске не знала? - Я его внучка, - сказала она с какой-то спокойной гордостью за деда. И рассказала, что в семье хранят записки, дневники Петра Георгиевича, фотографии, его стихи. Хотят издать книгу и, слава богу, в 2024 это сделал мой коллега Сергей Никифоров. А тогда в 2022-ом я впервые узнал, что легендарный строитель, потомок болдинских крепостных Пушкина, писал стихи! Хуже, чем Пушкин, конечно, но вы только представьте, что грозный директор огромной организации вечерами, уже на пенсии, в конце прошлого века сидит и пишет: «Мы в смутное время сегодня живем. Предатели рвутся в герои…» Несгибаемым коммунистом был Петр Георгиевич до самых последних дней, хотя помнил ужасы коллективизации, голод в нижегородской деревне Львовка по соседству с Болдиным и даже как один-единственный раз просил милостыню, тоже помнил. Внучка его Екатерина Пронягина выступает в томском джаз-клубе «Underground» когда бы вы думали? 7 ноября
Канал в каталоге Максиметера
3 180 подписчиков · Политика