14 ОКТЯБРЯ 1942 ГОДА 14-ЛЕТНИЙ ИВАН ФЁДОРОВ, ПРИЖИМАЯ ПРОТИВОТАНКОВУЮ ГРАНАТУ ОСТАТКАМИ...
14 ОКТЯБРЯ 1942 ГОДА 14-ЛЕТНИЙ ИВАН ФЁДОРОВ, ПРИЖИМАЯ ПРОТИВОТАНКОВУЮ ГРАНАТУ ОСТАТКАМИ ОТОРВАННЫХ ОСКОЛКАМИ РУК, ПОДОРВАЛ НЕМЕЦКИЙ ТАНК ВМЕСТЕ С СОБОЙ... Ваня Федоров оказался одним из тех самых зайцев, которых регулярно вылавливали войсковые части, движущиеся в эшелонах на фронт в годы Великой Отечественной. Некоторые юноши пионерского и комсомольского возраста оставляли дома и родных, твердо веря, что Красной Армии не справиться с врагом без их участия. Другие допризывники боялись, что война закончится раньше, чем они будут вправе получить воинскую форму. 14-летний Иван из-под Смоленска, по всей видимости, был одним из тех, кто хотел отомстить неприятелю за смерть своего отца, Федора Герасимовича. Он также был уверен, что в его сгоревшей хате погибла его мать и три сестры. Федорова обнаружил лейтенант Алексей Очкин, один из командиров-артиллеристов, в вагонах на станции Повадино, через которую артиллерия 112-й стрелковой дивизии продвигалась к Сталинграду. Юноша в большой рваной шинели и ботинках прятался под брезентом. Федорова накормили кашей и сумели разговорить. Он рассказал о том, что батьки у него больше нет, и что он готов идти на фронт. Когда капитан Богданович узнал, что среди солдат затесался пацаненок, Очкину было приказано ссадить «безбилетника» на следующей станции и сдать коменданту. Неугомонный Федоров сбежал оттуда и по крышам вагонов добрался до тендера, где хранились запасы угля, и зарылся в этот уголь. Его разыскали и доставили в штабной вагон, комиссару Филимонову. В конечном итоге несговорчивого юношу определили на кухню, где он начал помогать повару и был поставлен на котловое довольствие. На вопрос «как звать» он ответил на старый деревенский манер: «Иван я, Федоров Иван». Вскоре солдаты своими усилиями собрали Ване обмундирование, постригли и начали величать гордым словом «боец». На полевых кухнях в Сталинграде было практически также опасно, как на передовой. Фашисты не скупились на бомбы, мины и пули. 8 августа 1942-го на глазах Вани смертельно ранили комдива, полковника Сологуба. Пацан начал неплохо управляться с противотанковой пушкой, «сорокапяткой», и 23 сентября проявил себя в тяжелом бою, когда Очкин и его артиллерия попали в кольцо танков и пехоты неприятеля у поселка Вишневая балка. 13 октября 1942-го Федоров предстал пред комсомольским собранием, готовясь вступить в Коммунистический союз молодежи. Кандидат получил наставления от старших, а затем помощник начПО дивизии по комсомольской работе расписался в документах и вручил заветную книжечку в серой обложке новому комсомольцу. Согласно распоряжению Сталина, Ване, как и многим другим подросткам, предстояло обучение в ремесленном или суворовском училище. Он должен был быть эвакуирован на восток. Однако в полшестого утра 14 октября 1942-го неприятель начал артиллерийскую подготовку. К восьми утра двинулись танки – десятки танков против трех «сорокапяток» и девяти противотанковых ружей, оставшихся у Очкина. После первой успешно отбитой атаки последовал авианалет. Враг продвинулся вперед. Советские орудия оказались отрезаны один от другого. Иван был подносчиком у одного из орудий, когда из строя полностью вышел его расчет. Молодой герой самостоятельно сумел выпустить два последних снаряда, после чего подобрал автомат и открыл огонь изо рва. Очкин и Филимонов видели, как Федорову раздробило локоть левой руки. Затем осколок от очередного снаряда лишил Ивана кисти правой руки. Когда танки пошли в обход вдоль заводской стены, тяжелораненый Федоров нашел в себе силы встать, выбраться изо рва и прижать культей противотанковую гранату*. Он совершил подвиг ценою своей жизни: подобрался к головному танку, вынул чеку зубами и лег под гусеницу. Впоследствии Алексей Очкин написал книгу «Иван – я, Федоровы – мы». Выяснилось, что мать и сестры Ивана не сгорели в доме, успев выбраться из огня. Одна из его сестер стала Героем Социалистического труда. В честь Вани Федорова была названа улица, а рядом с местом его гибели установлена мемориальная доска.