ом зовут. Если что, я рукастый. Жил до этого в городе, но на своей земле. Домишко у мен...
ом зовут. Если что, я рукастый. Жил до этого в городе, но на своей земле. Домишко у меня там, чахленький от матери остался, только жены и детей нет, а одному жить - скука смертная. Выпивать начал, только не нравится мне это дело. Не моё... В общем, вот я перед вами весь. Найдёте местечко, да такое, чтоб кормёжка и крыша над головой была, не пожалеете. Ну а если нет, так и скажите. Я не гордый, пойду дальше по свету судьбу искать. Николай и Полина переглянулись. - На пасеку пойдёшь? - спросил Николай гостя. - Там старик один, не справляется уже. Он-то дома живёт, а у тебя собственный угол будет: там и печка есть, и где пообедать и выспаться. А если в баньку, например, так это и ко мне можно, если парок любишь. Артур зажмурился, как сытый кот, но тут же спохватился: - И что, вы вот так меня возьмёте? Заходи и работай? - А ты что, со злом пришёл? - Николай поймал внимательный взгляд Артура, который тот уже не раз бросил на Полину. - Так у нас, брат, с такими разговор короткий. - Не, дядь, - спохватился Артур. - Я не из таких. Меня вам бояться нечего. Я вот тут весь, какой есть. Завтра, что ли, приезжать? Как в том фильме? - Зачем же до завтра тянуть? - пожал плечами Николай. - Пошли, я покажу тебе пасеку, понравится - оставайся сразу. А если нет, мы с Полиной Александровной тебя держать не будем. Притихшая Полина мягко улыбнулась Артуру: - Обращайтесь к Николаю, он всё вам подскажет и во всём поможет. А я буду очень рада, если вам у нас понравится. *** - Красивая, - сказал Артур, когда они с Николаем вышли на улицу, а Полина вернулась в дом. - Только глаза грустные. - Ты на её глаза очень-то не заглядывайся, - посоветовал ему Николай. - У неё муж, знаешь какой... - И в мыслях не было, - тряхнул чубом Артур, прекрасно понимая, что за эту Полину Стас может согнуть его в бараний рог, несмотря на их дружбу. Да что там, он ведь специально послал его сюда, чтобы Артур был его глазами и ушами, а потому ни на что другое он рассчитывать просто не мог. - А он тоже тут живёт? - спросил Артур Николая на всякий случай. - Пока нет, - честно признался Николай, усаживаясь за руль. - Но это ничего не значит. Стас всегда возникает тогда, когда это нужно... А потом, когда они осмотрели всё хозяйство, спросил Артура: - Ну так что ты решил, парень? - А что тут решать, дядь?! - потянулся тот, с наслаждением раскидывая руки. - Остаюсь. Мне тут всё очень нравится. *** Полина не переставала думать о Стасе. Никто не узнал о тех фотографиях: ни Ульяна Васильевна, ни Татьяна с Тимуром, которые каждые выходные проводили в Сосновке. Ни Михаил, ещё пару раз приезжавшей к ней выяснить, есть ли какие-нибудь новости. Никому ничего не сказала Полина, а теперь, когда холодные мысли вернулись в её голову, уже сама не верила в такую подлость своего мужа. - Э-э-э, внученька, - в былые годы говорила ей бабушка Ира, - на свете есть не только чёрная да белая краски, есть и много других цветов, а иногда они и вовсе намешаны между собой. А ещё часто бывает так, что глазами что-то увидишь, и думаешь, что так оно и есть на самом деле. А нет! Глаз востёр, да глуп. Не всему надо верить, что он тебе показывает… И только дети были отдушиной Полины, которая всё ещё не могла поверить в то, что снова видит своих малышей. *** Михаила Тарасова вызвали в управление в понедельник утром. Такие вызовы не предвещали ничего хорошего - он знал это по опыту и не ошибся. В кабинете его ждал генерал-майор Свиридов. Немолодой, с седыми висками и тяжелым взглядом человека, который видел слишком много, чтобы удивляться. Он не предложил Михаилу сесть и, не дожидаясь приветствия подчинённого, спросил: - Это твоя бригада, майор, принимала участие в операции по изъятию новорожденных близнецов у группы гастарбайтеров? - Так точно, - по уставу ответил Михаил. - Всё сделано по закону, с соблюдением всех процедур. Дети возвращены матери и сейчас находятся в семье. - Тогда почему ко мне обратились с жалобой на самоуправство полиции и на ваши действия в том числе? - Не понял, - слегка склонил голову Миха