Однажды я наблюдала, как дети на площадке перед детским садиком играли в игру "Царь горы". — 24 июня 2026 г. в 07:19:19.180
Однажды я наблюдала, как дети на площадке перед детским садиком играли в игру "Царь горы". Среди детей был и мой шестилетний тогда сын Даня. В какой-то момент он ловко взобрался на вершину сугроба и закричал: "Я Царь горы!!!!!" , а потом тех, кто пытался его свергнуть, отправлял вниз с горки, и там была настоящая снежная борьба. И он потом домой шёл, вприпрыжку, румяный, счастливый такой, и ощущал себя победителем. И помпон на его сине-зеленой шапке прямо врезался мне в память, потому что в игре Даню закидали снегом, шапка промокла, и я пыталась отобрать у него ту мокрую шапку, чтобы надеть сухую, запасную. А он не отдавал, упрямый мальчишка. Вцепился в нее, сказал, что это шапка удачи. В ней он царь горы. Прошло десять лет. Сегодня моему сыну 17 лет. Даже не верю, что пишу это. Семнадцать. Это очень сложный возраст. Для него самого и для меня, как для мамы, тоже. Он уже не ребенок - мои родительские нравоучения как будто не актуальны - но ещё и не взрослый, потому что во взрослом мире оказалось так сложно ориентироваться, что он шустро эмигрировал в себя и стал интровертом. Это я шучу, конечно... Мы вообще с Даней любим шутить. Однажды я подарила ему настолку для больших и шумных компаний. А он пошутил: "Мммм, подарок рискует так и остаться нераспакованным". Ну, он правда любит быть один. Столько всего сложного сейчас у него на носу. Экзамены, поступления, неопределенность. Внутри вечный шторм - и гормональный, и ментальный, и эмоциональный. Он боится, что уже опоздал, хотя гонка ещё не началась, да и нет никакой гонки, если смотреть философски. Есть необходимость справляться с этой жизнью и умудриться как-то стать в ней счастливым... Недавно мы с ним болтали, вышли на глубокие темы, я спросила, о чем он мечтает, рассчитывала на ответ в виде существительного, вроде: "машина" или "море", или "поездка куда-то", а он ответил: "Принять себя". Ого. Вот это ответ. Я поняла, что он больше не чувствует себя царем горы. Скорее наоборот, чувствует себя тем, кто карабкается на гору, но скользит и катится вниз. Я по этому поводу переживаю. Я поняла , что детство закончилось, и борьба переместилась из вне во внутрь. Гора теперь внутри, а царя пока нет. Зато там поселился критик, который свергает его с горы каждый раз, когда он решается смотреть на вершину. - Принять и полюбить себя - самая сложная задача, Дась. Некоторые с ней не справляются за всю жизнь. Очень ценю, что ты со мной делишься. Всегда можешь опереться на меня, - говорю я. Я правда очень ценю его доверие. Мы вместе проживаем сложное. Когда у него была личная драма, я, пытаясь его успокоить, сказала: - Никакая боль не вечная. Все, что сейчас кажется концом, когда-то просто станет страницей твоей жизненной истории. - Если бы я мог, я бы выдрал эту страницу. - Ты можешь выдрать ее из тетради, но не из биографии. Биографию придется прожить. Так у нас появилась эта присказка "биографию придется прожить" Если случается что-то у него в школе, или в личном плане, или с друзьями, он рассказывает, а потом говорит: "Ну, я понял. Придется прожить... эту биографию!" Когда-нибудь и этот семнадцатый день рождения станет частью биографии и будет вспоминаться им с умилением. А сейчас ему надо просто прожить этот шторм внутри. Я нашла на маркетплейсе и подарила сыну такую же шапку, с сине-зеленым помпоном. Как в детстве. - Помнишь? - спросила я. Но он не помнит. Я рассказала ему про Царя горы. Сказала, что для меня он Царь горы. И я подожду, когда он станет Царем горы для себя. - Тот румяный мальчик в шапке никуда не делся. Просто подрос. Шапка стала ему мала, и гора теперь новая... Но я-то как мама хорошо его вижу. И этот мальчик всё точно сможет... Для Царя горы у него есть всё. Люблю тебя, мой Царь горы. Ищи себя, а я подсвечу тебе фонариком. Он работает на энергии моей любви, а значит, никогда не погаснет... С днём Рождения, сын!