Иностранцы в Донбассе. Я здесь многих импортных людей встречал, из воевавших за нас: ам...
Иностранцы в Донбассе. Я здесь многих импортных людей встречал, из воевавших за нас: американцы, поляки, голландцы (плевать, что их нынче нидерландцами зовут), испанцы, итальянцы, французы, немцы, чилийцы, колумбийцы… И это я имею в виду ополченцев-добровольцев, воевавших за Донбасс ещё до СВО. Эта встреча показалась мне необычной даже на фоне привычки к такому разнообразию. Американка Сара Билс, с которой я беседовал, живёт в Сербии, и не имеет права возвращаться к себе в США. Она не революционерка, она исповедует симпатию к России и в этом её вина. В Донбасс попала благодаря команде Захара Прилепина, мы как раз сидели вместе с Иваном Андреевым и Олегом Моряриным из его команды. Пили кофе и беседовали. - Сара, а вы из какого американского штата? - Штат Вашингтон. - Там сплошные деревеньки. - Я жила на маленьком острове. - Остров Эпштейна? - Нет (смеётся) тот остров совсем в другой стороне. На другом. - Вы здесь. Ну и как вам наши донбасские мужики? - Ну, это настоящие мужчины, в них нет ничего гейского. Я не ожидал применения такого критерия. Видимо гомосексуалисты совсем допекли Америку. Поменял тему. - Сара, а где вам не удалось побывать? - Мне жаль, что я не попала в Крым. Я стал потихонечку сбивать её с толку, провоцировать. - Сара, вы алкоголик? - Да-да! - Дело в том, что у нас там прекрасные виноградники и великолепное вино. И люди прекрасные. Памятуя, что Сара американка я добавил: - Крым мне напоминает американские Кордельеры. - А мне говорили, что Крым очень похож на Чили. - Ну тут игра слов, «я на чиле» у нас означает «я на отдыхе», а в Крыму волшебный отдых. Олег Морянин, сам крымчанин, и в нашей ситуации толмач просветил меня: «Это их словечко «чилиться», значит отдыхать, расслабляться. - Сара, а вам здесь удалось немного расслабиться? - В какой-то мере. - Вы живёте в Сербии и не имеете права встречаться с дочерью. Как вы это переживаете? Тяжело. Но дочери через два года исполнится восемнадцать, и мы снова будем вместе. - А наши донбасские дети? Чем они отличаются от американских детей? - Ваши дети знают точно, что Донбасс, это их родина. Американские дети, в отличие от местных детей, не привязаны к месту. У них нет ощущения родины, и нет ощущения необходимости её защищать. Ваши дети понимают, что здесь происходит, чувствуют это. - Сара, вы серьёзно? - Да мы всегда видим в каждом американском фильме звёздно-полосатый флаг, у вас в каждом втором фильме поют Гимн США. - Это же фейк, это неправда. - Ну так Голливуд показывает. - Это кино. Голливуд, это всё не по-настоящему. - Да нам с детства известно, если американца кто-то тронет в любой точке мира, то приплывёт Шестой флот США и защитит его. - Шестой флот США никогда не занимался американцами, он стоит в Бахрейне, там, где нефть. Олег Морянин усмехается: «Тут испанец один мне жаловался, мол, когда у нас беженцы из Марокко начали захватывать территорию в Сеуте, мы кинулись, мол, где король? В отпуске. Где президент? В отпуске. Где наша армия? В Прибалтике. И всё, тупик, никто не может ничего сделать». Я указал на мужчину, который снимал наш разговор на камеру. - Сара, это ваш оператор? - Нет, это мой босс. - А вы путешествуете вместе? - Да. - Вы красивая, он представительный. Между вами есть что-то? - О, нет, это не обязательно. - А у нас бывает. - А донбасские мужчины не пробовали вас похитить? - Нет. Но я бы этого, наверное, хотела. - Какой напиток предпочитаете? - Водку. - Вы полностью наш человек.