Она возвращалась домой в посёлок на машине. Тот, которого она считала своим мужем, зато... — 10 июня 2026 г. в 07:01:21.213
Она возвращалась домой в посёлок на машине. Тот, которого она считала своим мужем, затолкал все её вещи в две огромные сумки, дал денег на первое время и велел своему водителю отвезти её домой, предупредив: «Не вздумай вернуться или упомянуть где-то мою фамилию». И вот сейчас она сидела, глотая слёзы, на заднем сиденье и представляла, что будет, когда она так вернётся домой: «Ведь говорила мама, что он наиграется и отправит меня домой. Почему, чтобы она ни сказала, всё сбывается? Когда у меня первый появился? Я и не помню, лет в юности. Вот тогда мама и начала ворчать. Я их часто меняла, а мама всегда ворчала, - задумалась. – А ведь иногда мама не ругалась, когда видела меня с очередным. Но у неё вкус какой-то странный. Если рядом со мной случайно появлялся какой-нибудь «не такой», он ей обязательно нравился. Когда полгода назад появился этот Эдик, как она меня ругала, говорила, что он меня бросит. Вот как она могла это определить? Ведь тогда, полгода назад Эдик в любви клялся, обещал жениться. Так и не женился, а теперь другую нашёл, а меня оставил. Что родители скажут?» Автомобиль остановился возле дома, в котором прошло её детство. Водитель занёс во двор её сумки и уехал. Из дома вышла мать, осмотрела дочь и, ожидаемо, произнесла: - Что я тебе говорила? - Мама, ну что ты сразу? - Ведь говорила я тебе, говорила, - обняла дочь и сама заплакала. – Карина, почему ты у меня такая непослушная? - Мама, не ругайся! - Сколько уже месяцев? - Пять, - и прижалась к маме, ища защиты и сочувствия. - И что теперь будем делать? - Рожать буду. - Всё, иди в дом! – и взяла одну из сумок. Такое облегчение на душе у Карины. Пусть там впереди трудная и непонятная жизнь, но она дома в своей комнате, на своей кровати. Можно просто закрыть глаза и ни о чём не думать. Проснулась от шума в сенях: «Папа вернулся. Зашёл на кухню, с мамой о чём-то разговаривают. Обо мне, конечно». Встала и направилась на кухню. - Нагулялась? – произнёс отец строго, а глаза такие родные. - Папка! – и бросилась в его объятия. - Садитесь есть! – мать поставила на стол три тарелки с борщом. А на столе зелёный лук и укроп. Села на своё место и стала есть, бросая счастливые взгляды на папу и маму. - И что собираешься дальше делать? – спросил отец. - Буду по дому помогать, - вскочила из-за стола. – У меня деньги есть. Забежала в свою комнату, пересчитала деньги, которые ей дал друг. Оказалось двести тысяч, отсчитала половину и вернулась на кухню: - Вот, мама, возьми! – положила на стол. Так жизнь изменилась. Даже мужчины в посёлке перестали обращать на неё внимание. Женщины за спиной шушукались, мол, решила за богатого замуж выйти, а он её… Ходить и даже двигаться становилось труднее, всё раздражало, а в голову лезли мысли: «Ну, родится эта малышка. Что я с ней делать буду? Мне сейчас девятнадцать, а когда она вырастет, мне под сорок будет… Да и как я её буду одна без мужа растить. Маме до пенсии почти двадцать лет, работу она не бросит. Незавидная судьба меня ожидает, - ухмыльнулась. – Надо было маму слушаться». И вот она родилась. Назвала её Дашей, в честь бабушки. Пусть теперь только попробует не заниматься воспитанием внучки. Дедушка купил и коляску, и кроватку. У самой Карины денег-то уже не осталось. Вначале всё было хорошо. Бабушка отпуск взяла, с внучкой нянчилась. Карина единовременное пособие получила, от которого уже на следующий день ничего не осталось. Прошёл месяц. Бабушка вышла на работу. Денег у Карины нет, маленькая дочь постоянно плачет, не отойти от неё, хоть самой плачь: «Ну почему она с бабушкой спокойная, а со мной постоянно хнычет?» Прошёл год. Карина гуляла с дочерью по посёлку. Денег, как всегда, не было, а солнце, хоть и осеннее, а грело, как летнее, и так захотелось мороженого, что взгляд невольно задержался на ларьке, где оно продавалось. - Здравствуй, Карина! – раздался рядом мужской голос. Это был Федя. Он лет на пять старше Карины. Был он, как говорят, не от мира сего.