Через неделю мы снова с Игорем встретились.
Через неделю мы снова с Игорем встретились. Продолжение. Начало тут. Сели в кафе, заказали по бокалу вина, и Игорь начал жаловаться, что ему очень одиноко ночевать одному в квартире. Ему грустно. Ему скучно. Он буквально страдает по ночам среди пустых квадратных метров. — Может, поедешь ко мне? — предложил Игорь. — Просто переночевать. Ничего такого, ты не подумай, мы же только познакомились. У меня есть свободная комната. Надо сказать, жалость – мое слабое место. Сделай скорбное лицо, тяжело вздохни — и я уже завязываю шнурки, бегу спасать. Игорь строил скорбное лицо минут тридцать. Ныл, страдал и уговаривал. Я видела его второй раз в жизни. Не знала даже его фамилию. Зато знала, что он недавно вышел из тюрьмы. Причем за что парень сидел оставалась загадкой, я постеснялась углубляться в эту тему. Может за растрату, а может за изнасилование. Какой идиот согласится при таких исходных данных ехать в гости? Я согласилась. С жалостливостью во мне могла поспорить только наивность. Приехали, Игорь сказал, вот спальня и, конечно, начал тут же приставать. О чём я вообще думала? Хотя чо уж там. Судя по всему, именно этим я в тот вечер и не занималась. Думать было поздно, поэтому дальше я действовала исключительно на инстинктах. И повела себя как опоссум в дикой среде. Опоссум в случае опасности прикидывается мёртвым. Логика простая: мол, чего с трупа возьмёшь. Вот и я обмякла, перестала шевелиться, изображая, что от одного бокала вина внезапно потеряла сознание, чувствительность и интерес к жизни. Опасаться потери мозгов, видимо, уже не стоило. Мне несказанно повезло: опоссум Игоря не заинтересовал. Он оставил меня в покое, мы проспали в разных комнатах до утра, а с первым автобусом я бежала, даже не умывшись. Больше мы не виделись. Думаю, мы оба были сильно недовольны моим тупым поведением. Каждый со своей колокольни.